Под сенью чайного листа [litres] полностью

– Именно поэтому я люблю тебя! – Он делает паузу, чтобы я прочувствовала это заявление – что ж, слушать признания никогда не надоедает! – затем продолжает: – Итак, я начал собирать бумажный мусор, складывать его в пачки и продавать на перерабатывающую фабрику, чтобы подзаработать. Все через черный вход, потому что все предприятия тогда были государственными.

– Это было опасно?

– Еще как опасно! Но не забывай, потребность нашей страны в картоне, пиломатериалах и целлюлозе быстро росла. А где владельцам фабрик взять эти материалы, если столько лесов было вырублено во время «Большого скачка»?

На заработанные деньги Цзинь приобретал предметы первой необходимости и дополнительные пайки. И учился, не отставал от одноклассников. Сдав гаокао на отлично, поступил в местный университет, где изучал инженерное дело.

– Инженерное дело?

Надо же, а я ведь даже этого не знала!

– Все эти годы я вел свой маленький бизнес, нанимая для сбора выброшенной бумаги и картона таких же, как я, бедных и голодных детей. Меня бы отправили в трудовой лагерь, если бы поймали, но я обязан был помогать матери после того, что натворил… – Цзинь на миг отводит глаза, затем наши взгляды снова встречаются. – Кроме того, отчаявшийся человек готов на все, чтобы облегчить себе жизнь, невзирая на все опасности…

Цзинь окончил вуз, образование и связи позволили ему получить работу на фабрике по переработке мусора, но свой «левый» бизнес закрывать не стал. Дети, собиравшие бумагу, вырастали, уезжали, а на смену им приходили новые, оказавшиеся в столь же плачевном положении; рискуя попасться, они принимались за сбор и продажу бумажного мусора.

– Когда в середине девяностых годов Дэн Сяопин начал экономические реформы, я очень хотел стать их частью, ведь у меня уже было свое дело. Я легко получил визу EB-5[35] и приехал сюда по программе для инвесторов-иммигрантов. Что лучше для поиска мусора, чем Америка – страна потребления и отходов?

Его смех разносится по ресторану. Люди за соседним столиком косятся на нас. Я краснею и принимаюсь разглядывать скатерть. Смогу ли я когда-нибудь почувствовать себя здесь комфортно?

– Конечно, Чжан Инь была на высоте. Слышала о ней? – Я качаю головой, и он объясняет: – Королева картона, самая богатая женщина в Китае! После Опры… – Я понятия не имею, кто это такая, но это неважно. – …Вторая по уровню доходов женщина, добившаяся всего сама. Когда я познакомился с Чжан Инь, она сказала, что другие считают бумагу мусором, а мы видим в ней лес, который нужно использовать повторно. Я был очень рад поставлять ей свою продукцию. Теперь я отправляю контейнеровозы с мусором по морю в Китай, где ее компания «Девять драконов» превращает его в картон. Новые товары кладут в эти коробки, перегружают в другие контейнеры и отправляют обратно в Америку, где коробкам снова предстоит стать мусором. Цикл продолжается день за днем, и, как предсказывал Дэн Сяопин, мы на этом разбогатели. Ты стесняешься спросить меня напрямую, поэтому я скажу сам. Если Чжан Инь – королева картона, то, возможно, я – ее двухсотый принц.

Я не понимаю, что значит «двухсотый принц».

Когда приносят десерт, Цзинь резко меняет тему разговора.

– Я хочу провезти тебя через всю страну, чтобы ты сама тут все осмотрела, но, наверное, у тебя есть представление, где бы ты хотела жить.

– Жить?!

– Нам нужно купить здесь дом. У меня, конечно, есть небольшой особняк в Монтерей-Парке…

– Особняк здесь? – Муж не перестает меня удивлять. – А почему мы не поселились там?

– Потому что это наш медовый месяц! И вообще, я хочу начать все с чистого листа в новом доме… – В чем-то сомневаясь, он замолкает, потом говорит: – Но это не единственная причина. В Китае никогда не знаешь, что может случиться дальше. Сегодня похвала, завтра хула. Как предприниматели, мы должны думать о том, как защитить капитал. – Мы. Мне нравится, что он включает меня как ровню. Цзинь сетует: – Но как? Вложиться в драгоценности и золото? Купить отель? Или предметы искусства? Коллекционное вино? Я понемногу инвестировал во все это.

– У тебя есть свой отель?

Надо избавиться от привычки как попугай повторять все его слова.

– Половина китайцев, которых я знаю, владеют здесь отелями. – Но это не может быть правдой. – Я хочу сделать тебя счастливой. Я хочу, чтобы ты чувствовала себя красивой. Чтобы мы вместе благоденствовали.

Когда он так говорит… Вау! Я просто в восторге. Это легко, когда любовь проявляют подобным образом. Я даже готова снова съесть тот особенный десерт.