Как Лия и предполагала, положение подруги Диара принесло ей куда больше неприятностей, чем радостных моментов. Откровенно говоря, радости оно и вовсе не принесло, ведь девушка была не из тех, кто ликует от чужой зависти. Одно хорошо: Диар не тянул ее в постель и даже особо не намекал на то, что желал бы перевести отношения в другую плоскость. Лия искренне надеялась, что такая ситуация продлится как можно дольше: повращавшись в «высших кругах» сокурсников, она поняла, что соглашаться на статус любовницы ей никак нельзя. Ни одна из прежних симпатий Диара не продержалась в этой роли более трех месяцев, и если для девушек одного с ним круга это было лишь разочарованием и обидой, то для нее… Для нее это могло стать сигналом к началу охоты для тех, кто пока лишь провожал ее взглядом и обменивался не предназначенными для девичьих ушей сальными шуточками…
Порой девушка думала, что будь Диар одного с ней происхождения, она бы с радостью общалась с ним: все же он был не только хорош собою, но и несомненно умен, обладал прекрасным чувством юмора и определенной широтой взглядов. Однако он был тем, кем был, и поэтому Лия порой чувствовала себя кем-то вроде забавной дрессированной зверушки. Нет, Диар вел себя исключительно любезно, но девушке казалось, что он постоянно выставляет ее напоказ: мол, смотрите, что у меня есть! К тому же он крайне не любил отказы, вернее, получив отказ, старался докопаться до его причины, и если она была нелогична — добивался своего… Так что вот уже два месяца девушка трижды в неделю по вечерам изучала придворные танцы, чтобы составить ему пару на балу в честь Зимника, а в довольно дорогом ателье ей шили шелковое платье, стоимость которого заставляло прижимистую Лию вздыхать всякий раз, как она об этом задумывалась.
Покосившись на по-хозяйски прижимавшего к себе ее локоть Диара, Лия в который раз подумала, как ей повезло с магическим контрактом и жесткими правилами Школы. Диар и все его приятели жили в своих домах, приезжая лишь на учебу, и благодаря работе она фактически встречалась с ним лишь на занятиях да изредка по вечерам и выходным. Хотя она бы предпочла проводить выходные с маленьким Лиаром, который всегда так радовался ей, забавно улыбаясь беззубым ротиком и размахивая крохотными кулачками…
— Лия, ты так мне и не расскажешь, как устроила ту шутку? — спросил Диар.
— А с чего ты взял, что это я? — невинно улыбнулась ему девушка.
— Прелесть моя, это знают все ученики, только ни у кого нет доказательств. Кстати, я уже говорил тебе, в каком я восторге от того, что ты наконец-то прищемила хвост этим глупым курицам?
— Я не утверждала, что это я, — напомнила Лия.
— Да-да, я помню… Тогда, может, у тебя есть предположения? — подмигнул он ей.
Лия усмехнулась, вспоминая о том происшествии… Вполне ожидаемое неприятие ее новой роли со стороны девушек вызвало немало попыток напакостить: от мелочей, вроде стараний толкнуть в столовой так, чтобы вся еда попала на платье или подброшенной ей в сумку лягушки — и где нашли только! — до грязных сплетен и попыток подлить что-либо в питье или подсыпать в еду. На сплетни девушка демонстративно не обращала внимания, решив, что если они оттолкнут от нее Диара, будет только лучше. Увы, не помогло: сплетни того раздражали, но отношение к ним Лии — восхищало, во всяком случае, именно так он твердил.
Зелья в еде или питье Лия распознавала по запаху: помимо знаний, ей явно помогал амулет в груди, посылая укол боли при попытке выпить или съесть что-либо с вредоносной «приправой». Предложение Диара поговорить об этом с кем-либо из руководства Школы девушка отвергла сразу, тепло поблагодарив парня за заботу. Так что просто игнорировала все попытки… до тех пор, пока ей не подлили не просто слабительное или что-то похожее, а одно из сравнительно слабых, а поэтому не запрещенных, подчиняющих зелий.
Внешне в тот раз девушка никак не отреагировала, молча встав и взяв с собой стакан, отметив испуг в глазах некоторых наблюдавших за этой сценой. Впрочем, благодаря Мирае она и без того знала, кто стоит за этим…
Порой Лие казалось, что Мирая и вправду испытывает к ней дружеские чувства, особенно после того, как за той начал ухлестывать один из приятелей Диара, тоже один из высшей знати — Виарн дер Калар. А порой — что блондинка с интересом наблюдает за тем, что происходит, и подзуживает её. Во всяком случае, в данной ситуации она усердно подливала масло в огонь, рассказывая Лие о том, кто и что болтает за её спиной, всячески подталкивая девушку к тому, чтобы разобраться с недоброжелательницами. Ими оказался кружок аристократок средней руки, считавших, что Лия не по праву занимает место рядом с Диаром. То, что девушка с радостью уступила бы его любой из них, во внимание не принималось, да и вряд ли бы они смогли в такое поверить…
