Вторая дочь в семье небогатых провинциальных дворян, Мирая нежно и преданно любила единственное существо на свете: саму себя. Избалованной родителями девушке в Школе не хватало внимания, поэтому всегда терпеливо выслушивающая ее рассказы Лия оказалась просто находкой. Их беседы обычно состояли в том, что Мирая вещала, а Лия слушала ее, изредка подавая ответные реплики, словно в спектакле. Зато, заметив перемену в их отношениях, с Лией стали общаться и другие будущие целители. Ничего особенного: бросить короткое приветствие, придержать дверь вместо того, чтобы захлопнуть ее перед носом, подать упавшую тетрадку… и попросить о помощи. Лия никому не отказывала, и не только потому, что хотела наладить отношения: все же от того, как ее соученики будут разбираться в травах, зависело здоровье их будущих пациентов. Тот список, о котором говорила Мирая, Лия все-таки составила, и теперь он был у каждого ученика их группы. А еще один забрал рен Берон, сказав, что работа Лии вполне достойна включения в справочник по зельеварению…
Вздохнув, Лия тряхнула головой и вышла из комнаты, напоследок с сожалением покосившись на учебники. Мирая жила этажом ниже, и девушка добралась до ее комнаты, провожаемая заинтересованными взглядами встречных учениц. Зайдя, с любопытством огляделась вокруг, с трудом сдержав гримаску, настолько все в этой комнате было розовым и кружевным: розовые покрывала и подушки с кружевными оборками, такая же скатерть на столе, даже обивка кресел, и та розовая! Хорошо хоть платье на Мирае было нежно-персикового цвета!
— Правда, красиво? — по-своему истолковала взгляд Лии хозяйка комнаты и кивнула на кресло, — садись, пирожки уже погрелись, сейчас отвара нальем…
Надкусив пирожок, Мирая закатила глаза и простонала:
— Вкуснятина!
— Ты про платье говорила…
— Ой, платье! Такое красивое, из голубого шелка и с таким декольте… — показанная глубина декольте чуть не заставила Лию поперхнуться. — Говорят, в похожем наряде на балу в честь дня рождения наследника престола была любовница самого принца Ориана, внучатого племянника Императора! Ты его видела когда-нибудь, я о принце говорю? Нет? Такой красавчик, не то что наследник: глаза как небо, волосы золотые… А ты на бал пойдешь?
— Нет, что ты… У меня платья для бала нет, да и танцевать я не умею…
— Надо учиться! Вот закончишь Школу, выйдешь замуж за дворянина, а танцевать уметь не будешь, разве не позор?
— Замуж за дворянина?! Ну ты и выдумала! — покачала головой Лия.
Мирая вдруг как-то недобро усмехнулась, усмешка на миг сделала ее кукольное личико почти зловещим:
— Многие девицы-стихийницы считают нас, будущих целительниц, ни на что не годными. Вот только в отличие от них целительницы всегда себе мужей находят! Знаешь, почему я не жалею, что учусь на нашем факультете?
Лия покачала головой. Ей действительно было это интересно, причем куда больше, чем болтовня про платья.
— Ты никогда не думала, чем занимаются маги-девушки после выпуска? С нами-то все ясно, а остальные? Нет? Вот смотри: боевыми магами девушки не бывают — неуместно, делать что-то своими руками знатной рее не положено, исключение составляют лишь вышивание, целительство да готовка, к которой наши зелья и относятся. А отработать пять лет надобно! Вот и получается, что будут они эти пять лет в лучшем случае помощницами магов, из тех, кого никто не замечает, а потом скорее всего будут использовать магию лишь чтобы поддерживать в себе молодость да колдовать по мелочи, если отец или муж позволят.
— Так сложно…
— А ты думала! Зато у нас все просто отлично: зелья варить не воспрещается даже рее, и этим можно немалые деньги зарабатывать, не роняя своего достоинства! Да и на отработку нас обычно посылают в армейские лазареты, а там… Когда мужчины болеют, они становятся мягкими и податливыми, и вот представь: ранили красавчика-офицера, он страдает, а тут я, вся словно небесное видение, облегчаю его боль…
— А он теряет голову от твоей доброты и красоты, а выздоровев благодаря твоей нежной заботе, делает тебе предложение руки и сердца, — подхватила Лия.
— Именно! И не надо выходить за толстого соседа с одышкой и перхотью только потому, что у родителей нет денег на посещение балов, а больше по соседству нет ни одного неженатого мужчины!
— Но платье…
— Платье?! Да платье пустяки! А собственный выезд? А добиться того, чтобы тебя приглашали на балы в столице? Нет, не поступи я, уже была бы замужем, а так и проживу долго, оставаясь молодой и красивой, и мужа себе найду подходящего… Так-то!
Закончив, Мирая торжествующе уставилась на Лию.
— Здорово ты все продумала…
— Я всегда все продумываю, — усмехнулась та.
