Я чертовски боюсь сделать что-то не так. Боюсь, что она снова оттолкнет меня и выставит в таком виде, с мощным стояком, прямо на лестничную площадку. Боюсь, что мой напор снова испугает ее.
Черт возьми, да будь на ее месте любая другая, я бы так не церемонился. Я бы уже развернул ее задом, прижал грудью к столешнице, задрал бы до талии гребаную толстовку и вошел так глубоко, что от ее стона затряслись бы стекла в этой дряхлой кухне. Я бы трахал ее так жестко, что она бы срывалась на крик. Я бы врезался в нее так сильно, что верхние ящики едва бы удержались навесу. К этому моменту она бы уже, скорее всего, кончила, но на месте Серены ни какая-то «любая другая». И дело в том, что «любую другую» я больше не хочу. Я хочу ту, что прямо сейчас дрожит напротив меня. Ту, которой боюсь причинить боль. Которую боюсь спугнуть. Которой передал власть над собой, хоть и нахожусь на грани срыва. И вместо того, чтобы вытворять с ней все то, что уже долгое время рисует моя извращенная фантазия, я стою и пытаюсь контролировать бушующего внутри демона, наблюдая, как ее тонкие пальцы касаются моего ремня.
Серена прикусывает губу, чтобы не выдать частого дыхания, и медленно выправляет ремень из пряжки. Я замираю. Она расстегивает пуговицу на моих джинсах. Перестаю дышать. Ее пальцы тянут вниз молнию, и напряжение во мне достигает пика. Я еще никогда не был так возбужден. Еще чуть-чуть и меня начнет лихорадить от желания овладеть ей. Еще немного – и бразды правления вернутся обратно ко мне, тогда ее толстовка точно полетит в самый дальний угол. Еще миг – и я сорвусь.
– Почему ты не целуешь меня? – едва слышно спрашивает она, глядя прямо в глаза.
Ее пальцы замирают на выпуклой ткани боксеров, а она смотрит так невинно, будто совсем не осознает, что прямо сейчас играет с огнем. Одно неверное движение – и я спалю здесь все к чертовой матери. И она точно не удержит вспыхнувшее пламя. Любым жестом она только подкинет дров.
Резко хватаю ее за бедра и притаскиваю вплотную к паху, припадая к ее губам. Разве меня нужно просить дважды? Разве Серене вообще нужно просить?
Как только мой язык проталкивается ей в рот, чувствую жесткую хватку на члене и издаю низкий стон.
Может, я ошибался? Может, она вовсе не робкая, и ее не смущал мой напор? Может, я все это выдумал?
Мои поцелуи становятся напористыми и спускаются к шее. Руки мнут ткань толстовки на ее бедрах, и мне хочется скорее очутиться под ней. Трогать молочную кожу Серены, обжигать ее своими отпечатками, а потом зализывать ожоги языком.
Серена крепче сдавливает головку и делает поступательное движение рукой, подписав тем самым себе приговор. Мой животный рык остается на ее ключице, и я запускаю руки под байку, пытаясь задрать ее выше, а потом и вовсе избавиться от нее на ближайшие несколько часов. Но так же сильно, как только что притягивала меня к себе, Серена толкает меня в грудь и спрыгивает со столешницы, как сделала это утром в моем кабинете.
– Какого черта?! – вспыхиваю, стоя напротив Серены в расстегнутых джинсах и торчащим из боксеров стояком. – Ты отталкиваешь меня?! Серьезно? Второй раз за день? Я что, похож на придурка, которым можно помыкать?
– Дело не в этом! – по щелчку пальцев заводится и она.
– А в чем?! Две секунды назад ты держала в руках мой член! А теперь отталкиваешь меня?! Ты, блять, ненормальная!
– Да, ненормальная! Так какого хрена ты сюда заявился, раз я ненормальная?! – кричит она, размахивая руками. – Зачем лезешь к ненормальной с поцелуями?!
– Я лезу? – быстро застегиваю ширинку и ремень. И это она еще называет меня шизофреником. – Забыла, как умоляла себя поцеловать?
– Я что? – глаза – по пятьдесят центов каждый. Черные брови искривлены так сильно, что между ними образовалась морщинка. – Умоляла?!
– Да-да. Именно так. Стонала и просила еще. Что у меня в кабинете, что здесь.
– Да пошел ты! – она подбирает с пола мой пуловер, комкает его в руках и швыряет мне в лицо. – Катись отсюда!
– С радостью! – натягиваю свитер дергаными движениями. – Психопатка.
– От психопата слышу!
И зачем я только искал ее? Зачем потратил день на гребаную Панду, вместо того, чтоб заниматься важным заказом? Зачем направил все свои силы на ее поиски? На что я вообще надеялся? На что рассчитывал? Что в этот раз она будет нормальной? Что будет рада мне? Идиот. Ей почти удалось запудрить мне мозг.
