Резко тяну Серену на себя. Она вскрикивает и без раздумий бьет меня вторым кулаком в грудь. Наверное, целилась в лицо, но до сих пор не смогла разглядеть оппонента.
– Мне нравится эта боевая Панда, – не отстраняюсь ни на дюйм, лишь крепче прижимая ее к себе.
– Эзра?! – тяжело выдыхает она.
– А разве ты можешь меня с кем-то спутать? – чувствую ее обжигающее дыхание чуть ниже шеи.
– Маньяк, – изо всех сил она толкает меня в грудь, чем припечатывает спиной к стене, и вырывается из моей хватки.
– И тебе это нравится.
– Нисколько. Где Стенли?
– Ушла домой.
– Тогда и я ухожу.
– Подожди, – догоняю ее у барной стойки и хватаю под локоть. – У меня есть кое-что для тебя, – Серена на мгновение застывает в недоумении, а я дотягиваюсь до подарочной коробки и вручаю ей. – Открой. Тебе понравится. Он не битый. Не из мусорки. И по нему точно можно звонить.
– Засунь эту хрень себе в задницу и проверни три раза! – она стряхивает с себя мою руку.
– Приятно, что тебя посещают фантазии касательно моей задницы. Твоя, между прочим, тоже не дает мне покоя.
– Да что ты? – фыркает она. – По-моему, любая задница в радиусе двух футов не дает тебе покоя. Особенно если на ней кружевное белье!
Серена разворачивается и снова пытается уйти. И, мать твою, как же меня это задолбало!
– Да остановись ты хотя бы на минуту, ненормальная! – в который раз хватаю ее за плечо и возвращаю к себе.
– Для чего? – выкрикивает мне в лицо. – На мне нет красного прозрачного лифчика, чтобы привлечь твое внимание. Ты ведь на это ведешься, да? Как бык на красную тряпку? Только инстинкты, как у животного, да, Эзра? Только это тебе и нужно. Красивое тело в оболочке! Идеальная грудь и безупречная кожа! Это! – она снова ударяет меня в грудь и выпутывается из моих рук. – Это! Тебе нужна эта гребаная картинка! И ты думал, что я такая же! Только поэтому трахнул меня! – всхлипывает она. Свет от уличных фонарей слабо бликует на ее лице, и я вижу, что она плачет.
Я не ожидал такого поворота. Не ожидал, что Серена будет говорить прямо. Скорее промолчит и убежит домой, но никак не выпалит мне все в глаза.
– И что тебе от меня надо теперь? Ты ведь сделал свое дело.
– Какое, блять, «свое дело»?! – уже вспыхиваю я. Эта сумасшедшая совсем тронулась умом. Прижимаю ее к барной стойке и блокирую руками с обеих сторон.
– То самое, что сделал и с Рэйчел! Тебе же плевать, кого трахать! Лишь бы было красивое тело! Поэтому ты отвернулся от меня? Поэтому пошел к ней? Ты все увидел?! – кричит сквозь слезы она, а я совершенно не понимаю, о чем речь.
– Что ты несешь?!
– Хорошо разглядел? Прощупал? Достаточно было? Или еще показать, чтоб наверняка отвернуло от меня, и ты перестал меня трогать?!
– Ты, правда, больная?! – склоняюсь к ее лицу и обхватываю его ладонью. – Ты вообще меня слышишь? Я ни хрена не понимаю! Ни единого твоего слова!
Она сжимает зубы до скрипа, отталкивает меня и срывает с себя кофту.
– Смотри, – задыхается от всхлипов, но расстегивает джинсы. – Смотри и запоминай, – рьяно стаскивает их с ног. – Смотри, а потом беги обратно к Рэйчел, чтоб перекрыть уродливую картинку чем-то прекрасным.
В блеклых огнях ночного Бостона вижу, как часто вздымается ее грудь и дергается живот, на котором, ближе к приспущенной линии трусов, рассекают нежную кожу грубые шрамы. Они уходят и ниже, к ногам, вдоль внутренних сторон, и кроют тело почти до середины бедер. Их так много. На коже буквально нет живого места. И как я мог этого не заметить. Как мог не почувствовать. Как я мог…
Вот почему она не позволяла спускаться ниже. Вот почему постоянно целовала меня, удерживая мои губы от запретных ласк. Вот почему они запретны.
Господи… И она думает, что из-за этих шрамов я ушел с Берч?
– Серена… – хочу подойти ближе и обнять ее, но ноги не слушаются, и я застываю на месте в оцепенении.
– Мне не нужна твоя гребаная жалость! – она натягивает обратно джинсы. – Мне не нужно это все! И ты не нужен! Я знаю, какая я! Знаю, что такой ущербной, как я, не место с таким, как ты! – она резко просовывает голову в свитер и, путаясь в рукавах, бежит к стойке за шубой, но я перехватываю ее на полпути.
– Это он сделал?
– Иди к черту, Эзра, – она заливается слезами и пытается протиснуться мимо меня, но я хватаю ее за плечи.
– Я ничего не знал. Я не видел, Серена. Ты из-за этого сбежала? Подумала, что меня это оттолкнет?
– Я знаю, что ты больше никогда не захочешь меня. Кому нужна такая дефектная? Кому нужна та, которую можно трахать только в темноте?! – взвывает навзрыд и отмахивается от моих рук. – Пусти меня. Отпусти! – бьет кулаками мне в грудь. – Отпусти меня, Эзра!
– Но я не хочу, Серена. Посмотри на меня.
– Нет!
– Серена, прошу.
– Оставь меня в покое!
Она опять толкает меня и прошмыгивает мимо, только в этот раз я не задерживаю ее. Потому что ей нужно время, чтобы успокоиться. Без меня. Ей нужно время, чтобы
