Как часто бывает в таких случаях, излишняя активность в одном месте приводит к полной беспечности в другом. Потому и удалось маленькому паташу спокойно встать на якорь в небольшой, хорошо укрытой с моря живописной лагуне, на берегу которой расположилось несколько покосившихся, но вполне себе крепких индейских домиков.
Двое моряков на легком ялике быстро перебрались на берег и примерно через час вернулись на борт. Паташ тут же поднял все паруса и очень быстро исчез за горизонтом. Командир имперского фрегата, патрулировавший в этом районе, увидел его, но поскольку никакого флага на мачтах беглеца не было, отметил в рапорте, что мимо острова проследовал неизвестный, очевидно, пиратский корабль.
И все. Действительно, как паташ приставал к ямайскому берегу, никто не видел, догонять его бесполезно, а получать взыскание за срыв режима блокады не хотелось.
Сантьяго-де-Куба, колония Кастилии. Резиденция губернатора
– Господа, как стало известно, – кивок в сторону сидящего сбоку барона де Линьола, – в ближайшее время островитяне намерены напасть на Сен-Хуан. Нам надлежит перехватить их корабли и преподать этим вероотступникам хороший урок. Господин адмирал, нам по силам решить эту задачу?
Лысый и грузный, обильно потеющий моряк промокнул лицо белоснежным платком, протер шею, после чего с завистью взглянул на недавно прибывшего из метрополии худощавого черноволосого губернатора, которому, кажется, в его сорок лет любая жара была нипочем. Везет же человеку! А ты страдай. И отвечай уже. Вон как все на тебя смотрят.
– Сил, безусловно, хватит. Если бы противник смог сохранить свои приготовления в тайне, у него был бы шанс на успех, а так разнесем в щепки их корабли или захватим. Сколько их, говорите? – он взглянул на лежащий перед ним лист бумаги. – Двадцать восемь? Из них только девять можно назвать кораблями в полном смысле слова. Моей армаде они вполне по зубам. Организуем патрулирование и перехватим на подходе, дайте только команду.
Губернатор удовлетворенно потер руки. Больше всего ему понравилось слово «захватим», буквально благоухающее запахом больших, очень больших денег.
– Ну что же, если нет других мнений…
– Пожалуй, есть, – в разговор вступил вице-губернатор. Мужчина пожилой, давно иссушенный здешним жарким солнцем, но до сих пор сохранивший порывистость движений лихого фехтовальщика. Чем именно он занимался на своем посту, было совершенно непонятно, но при назначении на должность господин министр по делам западных колоний рекомендовал новому губернатору прислушиваться к его мнению. Очень рекомендовал, фактически – приказал.
Однако до сих пор по заведенному кем-то когда-то порядку вице-губернатор сидел на подобных заседаниях молча. Кажется, иногда он умудрялся даже спать. А вот сейчас решил заговорить:
– Я полагаю, что перехват кораблей в море поставит наше правительство в тяжелое положение. Придется объяснять причины нападения, оправдываться, даже, не исключаю, вернуть призы и заплатить компенсацию – кто знает, как сложится диалог Мадрида и Лондона.
Хм-м. Возможно-возможно. Но отказываться от барыша? Губернатор не задал вопроса, хватило прикушенной губы и опущенного взгляда.
– Я вот что предлагаю, – второй заместитель губернатора улыбнулся и прищурил правый глаз.
Флот был готов отплыть из Порт-Ройала в середине октября. Жара спала, море успокоилось, стояла та прекрасная погода, когда Карибы из солнечного ада превращаются в теплый и благодатный рай. Лучшее время для джентльменов удачи и авантюристов всех мастей.
Закончена погрузка боеприпасов, запасных мачт, парусины и канатов, всего-всего, что может потребоваться в опасном походе. Бочки с сухарями, солониной и фасолью, водой и ромом аккуратно расставлены и принайтованы, обустроены места для морской пехоты, в которую превратятся самые обыкновенные солдаты сразу, как только поднимутся на борт.
Все, можно сниматься с якоря.
До этого штурман Макон сломал себе голову, пытаясь найти возможность отвертеться от этой «великой операции», как высокопарно именовалась предстоящая афера, но так ничего и не придумал. Как ни крути, а пушки форта сейчас и боевые корабли в плавании легко пресекут любую попытку бегства.
Оставалось надеяться на чудо, удачное стечение обстоятельств. Ну или на то, что графиня или ее гость, с недавних пор переставший вообще выходить из своей каюты, все-таки найдут выход.
Ох уж этот гость, вот жизнь у человека! Служанка графини в его каюте проводит больше времени, чем у госпожи. Что уж там происходит, естественно, никому не ведомо, но судя по доносящимся охам и ахам, скучать голубкам не приходится.
Вон на другом конце рейда шхуна «Чайка». Уж как ее хозяин Гиллмор стремился подняться на борт «Мирного», это ж целую историю сочинить можно, чтобы в портовых кабаках потом рассказывать. И просил, и деньги предлагал, и чуть не все блага мира обещал. Не иначе тоже о женской ласке размечтался.
Только ничего не вышло. Приказ графини был четкий – что хочешь делай, но чтобы здесь его не было. То-то.
