…togliwn ochnat divodiv [ежедневный сюрприз пробуждения]… – В этой фразе искаженное нем. täglich (ежедневный) и Nacht (ночь) соседствует с русскими словами «ночь» и «диво»; кроме того, в ней содержатся анаграммы «Давид», «night» (ночь) и английское предупреждение: «go not to lawn, D[a]vid» («Не ходи на лужайку, Д[а]вид»), которое может иметь отношение к обстоятельствам смерти Давида, ночью отведенного для расправы во двор, «представляющий собой прелестную лужайку». Если Набоков действительно предполагал здесь английскую анаграмму, предвосхищающую трагичную смерть единственного ребенка Ольги и Круга (не случайно фразу произносит именно Ольга), то в ней можно заметить сходство с анаграммой в написанном позднее «Бледном огне» (в котором университетский профессор и поэт Джон Шейд тоже теряет единственного ребенка), раскрытой Г. Барабтарло как искаженное предостережение «не ходить в Гольдсворт» (где Шейда будет поджидать убийца): «not ogo old wart <…> Это заботливый дух тетушки предупреждает Шейда о грозящей ему опасности» (Барабтарло Г. Сочинение Набокова. СПб.: Издательство Ивана Лимбаха, 2011. С. 116–117). Фраза «ежедневный сюрприз пробуждения» предвосхищает рассуждения Круга в гл. 6: «Теоретически не существует неопровержимого доказательства того, что утреннее пробуждение (когда обнаруживаешь, что снова сидишь в седле своей личности) на самом деле не является совершенно беспрецедентным событием, первородным появлением на свет». См. также коммент. к с. 320.
…ее великолепный тридцатисемилетний возраст… – что объясняет названное в первой главе романа число листьев, сберегшихся только «на одной стороне дерева».
С. 65. …radabarbára [красивая женщина в цвете лет]… – Русские слова «рад», «дар», «баба» соединяются с греч. barbaros (иноземец) и производными от него женскими именами. Англоязычному читателю слово могло напомнить англ. barbarous – варварский, дикий, грубый. В романе еще два слова местного языка с тем же корнем перекликаются с «радабарбарой» – в этой главе barbarn (искусственное множественное число от «жена», «женщина») и, в гл. 7, barbok (пирог с отверстием посередине для растопленного масла). См. также коммент. относительно поговорки «Domusta barbarn kapusta».
Лагодан – от Ладоги, старого русского поселения недалеко от Петербурга, и Ладожского озера. См. также коммент. к гл. 18 относительно Аст-Лагоды.
С. 66. …наложенных друг на друга английских «I» (я) в составленном по первым строкам указателе к поэтической антологии. Я озеро. <…> Я буду. – В оригинале следующий набор строк: «I am a lake. I am a tongue. I am a spirit. I am fevered. I am not covetous. I am the Dark Cavalier. I am the torch. I arise. I ask. I blow. I bring. I cannot change. I cannot look. I climb the hill. I come. I dream. I envy. I found. I heard. I intended an Ode. I know. I love. I must not grieve, my love. I never. I pant. I remember. I saw thee once. I travelled. I wandered. I will. I will. I will. I will». Набоков, по-видимому, использовал реальные начальные строки английских стихотворений, большую часть которых нам удалось идентифицировать. Из какой именно поэтической антологии они взяты, трудно сказать. Проверка двух наиболее авторитетных и представительных антологий, снабженных указателем включенных в них стихотворений по первым строкам, The Oxford Book of English Verse, 1250–1918 / Ed. by Sir Arthur Quiller-Couch. New Edition. Oxford, 1940, и The Oxford Book of Modern Verse, 1892–1935 / Ed. by W. B. Yeats. Oxford, 1936, показала частичное совпадение. Судя по фразе из шекспировского «Генриха V», Набоков включил в список не только первые строки (или слова) стихотворений, но и просто известные поэтические строки и, конечно, мог чередовать подлинные строки с вымышленными (или условными), особенно в случае слишком коротких для идентификации «I come», «I love» и т. п. или четырежды повторенных «I will» (что напоминает знаменитое «Never, never, never, never, never!» в «Короле Лире», позднее обыгранное Набоковым в «Аде»). Поскольку темы и мотивы некоторых стихотворений из этого перечня имеют значение для романа, мы посчитали необходимым дать их в переводе, пожертвовав алфавитным порядком оригинала, вместо того чтобы подыскивать стихотворные строки из какой-нибудь русской поэтической антологии, сохранив алфавитный порядок, но потеряв важные литературные отсылки, говорящие в том числе о круге произведений, читавшихся Набоковым при написании романа.
«Я в лихорадке» – начало стихотворения американского поэта Р. Хоувея (1864–1900) «The Sea Gipsy» (1896): «I am fevered with the sunset…» («Я в лихорадке из-за заката…»).
