С. 62. …«Komparatiwn Stuhdar en Sophistat tuen Pekrekh» <…> «Философия греха»… – Исходное название образовано из смеси искаженных немецких, французских и русских слов с гибридными соединительными союзами (нем. Komparativ – сравнительный, компаративный; нем. Studien – изыскания, штудии; en и tuen – от англ. and и to, возможно, в соединении с датским en – и, а; Sophistat – от нем. philosophisch (философский); Pekrekh – смешение фр. péché с рус. грех) и может быть передано как «Сравнительное изыскание по философии греха». Название «The Philosophy of Sin» носит философско-теологический труд шотландского евангелиста Освальда Чемберса (1874–1917), изданный в 1937 г. на основе прочитанных им в 1911–1915 гг. в Лондоне лекций.
С. 63. …с «Прямым смывом», этой грубоватой сатирой <…> с романом Элизабет Дюшарм о Диксиленде «Когда поезд проходит»; <…> с фаворитом книжных клубов «По городам и деревням» <…> с этой занятной смесью определенного вида вафельки и леденца на палочке, – «Аннунциатой» Луи Зонтага, которая так славно начинается в Пещерах св. Варфоломея, а кончается в разделе комиксов. – Вымышленные авторы и романы (см. Предисловие Набокова). В названии «Прямой смыв» в оригинале игра слов: англ. straight flush может означать как «прямой смыв», так и покерный термин стрит-флеш.
В примечаниях к «Лолите» (1955) Набоков заметил, что американизм «Диксиленд» – это «пошлое прозвище южных штатов» (Набоков В. Лолита / Заметка, примеч. А. Бабикова. М.: АСТ: Corpus, 2021. С. 524).
«Аннунциата» (Сантиссима-Аннунциата – распространенный в Италии эпитет Богоматери) – название незавершенного романа Н. В. Гоголя, из которого был опубликован отрывок «Рим» (1842). Как Набоков отметил в Предисловии, он подразумевал «Песнь Бернадетте» (1941), роман австрийского писателя, поэта и драматурга Ф. Верфеля (1890–1945), который пользовался большим успехом в США (английский перевод вышел в 1942 г., голливудская экранизация состоялась в 1943 г.) и о котором Набоков пренебрежительно отозвался в письме к Э. Уилсону 16 июня 1942 г. Под пещерами св. Варфоломея подразумевается грот Масабьель в Лурде (о котором заходит речь во второй главе романа Верфеля), один из крупнейших центров паломничества католиков в Европе, где Бернадетте Субиру в 1858 г. являлась Дева Мария.
Замечание о газетном разделе комиксов, в котором кончается роман, требует пояснения. Б. Бойд пишет, что в США роман Верфеля печатался в газете рядом с разделом комиксов (NaM, 681); подтверждения этому найти не удалось: перевод вышел отдельной книгой в Нью-Йорке в издательстве «The Viking Press» в апреле 1942 г. (не в 1944 г., как пишет Бойд). На наш взгляд, Набоков имел в виду не газетные комиксы в прямом смысле слова, а условный характер мелодраматического финала романа и последние его слова, описание будничных явлений трезвого XX в. после канонизации Бернадетты: «Мимо несутся потоки машин. Продавец мороженого звоночком созывает уличных мальчишек и служанок. Из боковых переулков доносятся заунывные голоса торговцев, предлагающих купить апельсины, фенхель и лук. Под небом Рима, где собрались все святые, чтобы поздравить новую святую, с грохотом проносится военный самолет» (Верфель Ф. Песнь Бернадетте. Черная месса. СПб.: Азбука, 2023. С. 435. Пер. Е. Маркович, Е. Михелевич). Заявленная таким образом в начале романа Набокова тема комиксов продолжается в описании придуманного им комикса об Этермоне, в котором переосмыслена линия чудесного и загробного из романа Верфеля. Набоковский Этермон, как условное творение массового искусства, «совершенно бессознательно являл собой ходячее опровержение индивидуального бессмертия, поскольку весь его образ жизни представлял собой тупик, в котором ничто не могло или не было достойно продлиться за границу смертного состояния. Никто и не мог бы, впрочем, представить себе Этермона действительно умирающим <…>; так что, с одной стороны, Этермон, являясь олицетворенным опровержением бессмертия, сам был бессмертен, а с другой – не мог и мечтать насладиться какой-либо формой загробной жизни – просто потому, что в своем во всех прочих отношениях хорошо спланированном доме он был лишен элементарного комфорта камеры смертников» (гл. 5).
В имени Зонтаг Набоков зашифровал аллюзию на христианскую тематику романа Верфеля, образовав его от нем. Sonntag – воскресенье.
С. 64. аллювиальная почва – галечники, пески, суглинки и т. п., отложенные водными потоками.
