– О каком прошлом? – спросил Кон с наигранным недоумением, но все было бесполезно.
Рейс усмехнулся:
– Угасло ли у леди желание? А у лорда? Откроют ли они друг другу свои сердца? Или им не позволят это сделать? Спектакль не хуже, чем в лондонском музыкальном театре «Друри-Лейн»!
Коннот бросился на секретаря, но тот с хохотом увернулся, как озорной бесенок.
Сьюзен проверяла, как готовятся блюда к обеду, и выбирала вина. Поскольку в Крэг-Уайверне не было дворецкого, эту работу обычно выполнял камердинер графа, а коль скоро ей приходилось нередко обедать с графом, она кое-чему научилась и ориентировалась в винных погребах. Сьюзен надеялась, что выбрала подходящие вина. Все они были французские и, разумеется, получены контрабандой, но она надеялась, что Кон не затронет в разговоре эту тему.
Почувствовав, как сзади ее кто-то обнял, она чуть не уронила бутылку. На мгновение ей показалось, что это Кон, но, оглянувшись, она увидела брата и сердито воскликнула:
– Что ты себе позволяешь?
– Пугаю тебя.
Она поставила бутылку.
– Ты только этим и занимаешься. Ну как, выдержал испытание?
– Конечно. Я очень хороший управляющий поместьем, а работы здесь мало. Для графства владения не очень велики.
– А сейчас что ты делаешь?
– Исполняю роль курьера. Тебе приказано отобедать с повелителем.
Она страшно встревожилась:
– Одной?
Он приподнял брови:
– Разумеется, нет. А он что, тебе докучает?
– Нет, – она попыталась сказать это так, чтобы брат ей поверил, и это было совсем нетрудно, потому что Кон действительно ей не докучал. – Я должна обедать с графом и мистером де Вером?
– И со мной. Извини, дорогая, если это тебе не по душе. Возможно, я сам виноват в этом, потому что сказал, что может показаться не вполне удобным обедать с графом, когда моя сестра прислуживает за столом. Ну, полно тебе, крепись! Ведь ты иногда обедала со старым графом и со мной.
– Знаю, но когда работала секретарем, я носила обычную одежду… – Сьюзен жестом указала на свое серое одеяние.
– У тебя наверняка найдется здесь что-нибудь более подходящее.
Надеть хорошенькое платьице ради Кона? При этой мысли ей стало и тревожно, и радостно одновременно. Приглашение было равносильно приказу, а возможно, даже вызову.
Что ж, надо набраться храбрости. Кон видел ее только в школьных платьицах, в мужском костюме и в серой униформе экономки. Пора напомнить ему, что она леди.
– У меня действительно есть здесь парочка нарядных платьев, – сказала с улыбкой Сьюзен. – Я их принесла сюда, чтобы спрятать от Амелии.
– Но она на шесть дюймов ниже тебя!
– Зато в остальном мы одинаковые. Она просто подшивает подол, и все.
– Неужели ты не можешь ей запретить?
– Разве это возможно, когда платья там, а я здесь? Вот я и принесла сюда самые любимые платья, чтобы хоть их сохранить. А остальные пусть надевает, если захочет, – Сьюзен взглянула на него. – Помоги мне перелить вина из бутылок в графины и отнести в столовую.
– Это вообще-то работа дворецкого, – с заносчивым видом заявил Дэвид, и она не в первый раз заметила, насколько привычно он чувствует себя в роли джентльмена. – Намекни графу, что пора бы уже кого-то нанять.
Сьюзен направилась к себе, по пути пригласив Аду на помощь, чтобы зашнуровать новый модный корсет. С повседневными она отлично справлялась сама, тогда как новый зашнуровывался сзади. После того как корсет был надет и грудь держалась на должной высоте, Ада помогла ей с муслиновым платьем цвета слоновой кости.
Со временем платье претерпело ряд изменений, но по-прежнему оставалось ее любимым. Верхний слой, вышитый белым с едва заметным добавлением золотисто-коричневого, надевался на нижнюю юбку, которая недавно была отделана великолепным зубчатым вандейковским кружевом, естественно, контрабандным. Для кружевной отделки ей пришлось отрезать от нижней юбки восемь дюймов, и в результате неожиданно получилось, что верхний слой таинственно колыхался вокруг щиколоток.
Может, платье от этого стало слишком вызывающим, откровенным? Второе, из темно-розового шелка, выглядело не вполне уместным для такого случая, а посылать в помещичий дом за платьем из льняного батиста персикового цвета было поздно, хотя оно как нельзя лучше подошло бы для неофициального обеда.
Нет, для этого нет времени…
Она поправила декольте, открывавшее значительную часть бюста, приподнятого корсетом. Всего несколько месяцев назад она надевала это платье и декольте ее не смущало, но тогда ее не ожидал обед с самим графом Уайверном.
Пока Ада застегивала перламутровые пуговки, Сьюзен пыталась побороть охватившие ее панику и возбуждение. Платье ей шло, и она это знала. Оно станет подходящими доспехами в предстоящей битве.
Интересно, чувствовал ли Кон нечто подобное на войне – страх и в то же время жажду ринуться в бой одновременно? Но какую цель она преследует? Все просто: отыскать золото и уехать, только вот неожиданно вырисовывалась и другая цель.
