Застыв с приподнятой у двери рукой, я не решаюсь постучать, и тогда вместо меня это делает Мёрфи. Не дожидаясь ответа босса, он тянет ручку вниз и толкает дверь. Массивное, тяжёлое дерево беззвучно отворяется, и парень пропускает меня внутрь, кивая мне на прощание, и, развернувшись на пятках, он скрывается в длинном коридоре дома. Обычная комната в сдержанных серых тонах встречает меня таинственной и завораживающей атмосферой. Над просторной кроватью сплетается алая паутина дорожек, ведущих к золотому шару в самом центре. Словно множество длинных и коротких туннелей, они переплетаются между собой, вырисовывая сложный орнамент на стене, похожий на старую карту. Будто сам правитель мёртвых земель продолжил дорожку до своего дворца по злачным подземельям ада, пытаясь запутать путников на пути к своему дому. Увлечённо рассматривая причудливую карту, в странных раздумьях я делаю несколько шагов вперёд и машинально оборачиваюсь на шум воды, что доносится из ванной, и замираю, не в силах пошевелиться. Открытая настежь дверь и лёгкие клубы белоснежного пара позволяют разглядеть фигуру, стоящую за стеклом. Горячая струя воды, будто капельки водопада, падает на обнажённого Эдриана. Он стоит под душем с наклонённой вниз головой, плавными, сосредоточенными движениями пальцев уверенно втирает шампунь во влажные волосы. Прозрачные капли разбиваются о его широкие плечи, а густая дорожка из ароматно пахнущей пены, словно ручеёк горной реки, стекает по накаченной спине, сползает по узким бёдрам, огибая упругие ягодицы, спускается по ногам Эдриана к полу. Зачарованно разглядывая парня, я не могу отвести бесстыжих глаз от манящего тела. Стоит только отвести глаза, как они, точно предатели, настойчиво возвращаются обратно, всматриваясь в соблазнительный силуэт. Во всём теле бушует пожар, и я продолжаю скользить по влажной, гладкой коже снизу-вверх, вновь пожирая глазами крепкое мужское тело.
Я закусываю губу и на мгновение прикрываю глаза, вновь с головой проваливаясь в откровенные фантазии собственных снов. Всколыхнувшееся так вовремя сознание, обливая словно ушатом ледяной воды, заставляет прикрыть глаза рукой и попятиться к выходу. Кровь бурлит, будто в венах гейзер, а сердце бешено стучит от разыгравшихся в нём не на шутку страстей. Ладонь опускается вниз, я хочу вновь взглянуть на Эдриана, но чувства расходятся с желанием, и, ощущая, как начинают гореть мои щёки, я выхожу из комнаты, тихо прикрывая за собой дверь. В коридоре я делаю глубокий вдох и оглядываюсь по сторонам, боясь быть увиденной и пристыженной. Казалось бы, что в этом такого, — увидеть голого мужчину? Он не первый. И будь такой случай с другим, я бы просто закатила глаза и лениво пошла бы заниматься своими делами, совершенно не обращая на это внимания. Но почему-то именно с Эдрианом всё по-другому! Почему он так действует на меня? Опьяняюще и будоражаще.
Не знаю, сколько я стояла в раздумьях, пока дверь за моей спиной не отворилась и из-за неё я не услышала удивлённый голос Эдриана:
— Андреа? Что-то случилось?
Чёрт! Я медленно выдыхаю и замираю на месте, кожей ощущая на себе пристальный взгляд парня. Выпрямляюсь, приподнимаю подбородок, думая, что таким невозмутимым видом не выдам маленькую, нелепую тайну, и оборачиваюсь к нему. Похоже, он услышал меня, но не увидел, поэтому сразу выскочил из душа, не вытираясь, надел первые попавшиеся штаны и решил проверить, кто за ним подглядывал. Глаза невольно скользят по полуобнажённому, мокрому телу, но я поджимаю губы и смотрю прямо в его серые глаза. Конечно, он знает, что я была в его комнате. Его губ едва касается озорная улыбка, и он делает шаг вперёд, сокращая между нами расстояние. Но, словно очерчивая невидимую зеркальную грань между нами, с его белой пряди волос срывается капля и падает на пол, заставляя Эдриана остановиться. Мне кажется, что он что-то видит во мне, так внимательно он вглядывается в моё лицо. Нет, не в лицо, он смотрит прямо в душу и видит то, чего я не вижу сама в себе и даже не подозреваю. По коже пробегает приятный холодок, но его изучающие глаза заставляют меня смутиться и невольно прикоснуться пальцами к чокеру.
— Я пришла вернуть… — тереблю медальон, сама не осознавая, как эта фраза сорвалась с губ, хотя слова Мёрфи «Не совершайте такой глупости» набатом бьют по моему сознанию.
— Это подарок, Андреа. Не снимай его. Мне будет приятно, если ты оставишь его себе, — улыбается Эдриан. Его пальцы замирают в нескольких сантиметрах от моих, я хочу возразить ему, но он не даёт мне этого сделать, — тебя это ни к чему не обязывает, — улыбается он и прячет руки в карманы, — но если он тебе не нравится или тебе не комфортно в нём, можешь снять его сама, — на миг Эдриан напрягается всем телом, ожидая моего решения.
Упрямый внутренний голос упорно повторяет слова Мёрфи: «Не совершайте такой глупости!» Я крепче сжимаю медальон и благодарно киваю.
— Пусть он будет моим талисманом.
Эдриан улыбается и оглядывается по сторонам, высматривая кого-то.
