Растеряв/отбросив/оторвав все свои маски, Локи будто бы пытается найти любые подходящие подручные средства, чтобы прикрыться и спрятаться. Чтобы отгородиться.
Сарказм и острый язык — все еще его главные защитники, но их ему видимо мало, ведь его, Тора, таким уже давно не прогонишь/сломишь/оттолкнешь.
И поэтому он прикрывается учебой. И попыткой равнодушия.
Почему попыткой?.. Да, потому что прошло уже около пяти минут, но он так и не перевернул ни одной страницы.
Тор вздыхает. Подтянув джинсы, опускается на корточки совсем рядом. Положив одну руку на кровать, чтобы хоть за что-то держаться, другой аккуратно, самыми кончиками пальцев, касается бледного подбородка. Локи поднимает голову, все еще с непроницаемым прищуром смотрит.
— Перестань. Я же знаю, что ты уже давно не дуешься из-за этой фигни. — он все еще поддерживает чужой подбородок двумя пальцами. И смотрит только в глаза.
— Возможно. — Локи на миг поджимает губы, а затем дергает уголком губ. — Или нет.
— Вот ты… — Тор фыркает, сдерживает мягкую улыбку, чуть качнув головой. А затем медленно приближает свое лицо к лицу Локи и за секунду до того, как их губы соприкасаются, выдыхает: — Засранец.
Поцелуй выходит мягким и немного ленивым. Оторвавшись от чужих губ, Локи прижимается ко лбу Тора и шепчет:
— Ты же понимаешь, что мы не можем, пока дома кто-то есть… Мы не можем… — его щеки вспыхивают, но голос остается более-менее спокойным. Тор сглатывает, чуть кивая.
— Есть какие-нибудь предложения?..
— Фригга говорила, что они с Одином уедут на зимних каникулах и…
— Локи, я просто не доживу до них, ты понимаешь?.. — Тор тихо недовольно стонет, прикрывает глаза, даже думать не желая о таком варианте развития событий.
— Ну, тогда вариантов больше нет…
— Боги… Я не могу поверить, что у тебя действительно нет ни одного варианта. — он распахивает глаза, хмурится. Большим пальцем мягко проходится по тонкой нижней губе. Кожа нежная, чуть шершавая… Локи всегда обкусывает губы, когда нервничает — Ты же из нас двоих самый умник…
— Я… Я не хочу, чтобы Бальдр узнал или услышал нас. — Локи дергается, отводит глаза. Шепотом добавляет: — Я уверен, он потом будет так пялиться постоянно, что… — нервно передергивает плечами. Тор фыркает и заканчивает за него:
— Раздражает?.. Это да. Он умеет. — глубоко вздохнув, он отстраняется и поднимается на ноги. Делает шаг назад. — И все-таки нужно что-то придумать, потому что… Я не один в этой «лодке». Ты и сам-то не продержишься до каникул.
Локи фыркает, поднимает руки.
— Ну, у меня есть помощники так что… — на его губах ехидная усмешка. Тор закатывает глаза.
— Можно подумать, они лучше меня. — гордо вздернув подбородок, он начинает идти к выходу. Уже у самой двери голос Локи заставляет его остановиться.
— Ну, с ними я хотя бы знаком, а ты… Кто знает, насколько ты хорош, мм?.. — Локи насмехается, пытаясь подтолкнуть Тора к самостоятельному решению этой проблемы. Не все же ему самому обдумывать и разбирать. — И хорош ли вообще…
— Ах так… — он останавливается, сжимает кулаки, борясь с тем, чтобы обернуться, подойти и показать этому заносчивому мальчишке, насколько он хорош и в каких позах. Вместо этого глубоко вдыхает сквозь сжатые зубы. Говорит: — Посмотрим как ты заговоришь через пару недель.
— Воу-воу… Это что угроза, колючка? Ты меня даже заинтриговал… — он улыбается во все тридцать два, смотря на напряженную фигуру «брата». В глазах плещется веселье и жидкий огонь удовольствия.
— Отлично. Надеюсь ты не сломаешься спустя уже неделю… — Тор вскидывает голову и тут же выходит. Не сильно хлопает дверью.
Локи смеется и тихо, лениво и довольно потягивается.
— Тебе меня не сломать, Тор Одинсон… Никому не сломать…
+++
Тем же вечером Фригга устраивает праздничный ужин. Они все вместе шумно и весело помогают ей готовить, потом накрывать стол.
Локи не может прекратить перекидываться с Бальдром дурацкими подколками. Они вместе расставляют тарелки и столовые приборы в крытой террасе. Спустя лишь минуту, с того момента как они уходят туда, Тор, что помогает матери на кухне, уже слышит их дружный смех. Его настроение тут же портится.
Кроме привычной злости/ревности, он чувствует какую-то детскую обиду из-за того, что Локи «играет» с Бальдром, а не с ним. Из-за того, что они не берут его в свои «игры».
Когда они возвращаются, он не сдержавшись кидает мальчишке яростный взгляд, но ловит лишь легкую усмешку. На душе становится только гаже.
Наконец, приезжает Один, и атмосфера меняется неуловимо.
Бальдр больше не смеется и почти что не разговаривает. Его спина неестественно прямая, когда они все вместе садятся за стол… Когда он во время ужина тихо перешептывается с Фриггой… Когда пытается смотреть куда угодно, только бы не на отца…
Один естественно садится во главе стола. По правую руку от него Тор, по левую Фригга. И уже рядом с ними двумя сам Локи и Бальдр соответственно.
Чувство некой выброшенности закрадывается в душу с самого начала, но мальчишка не обращает на него внимания. Один ему никогда не нравился/не был другом, так что это чувство вполне нормально.
