Чё ты, Петрович?…Не-е, сам я тверёзвый был. Ну выпил за славкин приезд полстакана, и больше — ни-ни. Ты ж меня знашь, Петрович, я на работе не потребляю. Ну и вот…На чём я остановился-то?…Ну и вот. Вдруг слышу, полосуются они за углом-то. Я бегом туда. А у них уж и морды у обоих скровавлены. Ну чё, Генка-то он тверёзвый почти, а Митьку-то и так шатат. Генка и свалил его. Пинат, куда ни попадя. Орут оба благим матом. Тут, слава Богу, пацаны набежали. Расташили дураков-то этих…
Чё, Петрович? У Митьки рёбра сломаты? Не живётся спокойно-то. А Генку теперича пасодят?…А ты чаво энто собрался писать-то?…Какой такой про-о-токол?…Да какой я к шуту свидетель! Я ж не видал ни чаво и не слыхал. Эт я для тебя токо накалякал. А так я ни чаво не видал и не слыхал. Я и на суду так скажу…
Чё!?…Какой опарат? Нет у меня никакова опарата…И баба моя ничаво не гонит. Враки энто всё…Куда поехали?…Домой ко мне?…Опарат заберёшь!?…Вместе с самогоном…И брагу всю выльешь…Эх и вредным ты, Петрович, бывашь. Меня, старого человека в суд ташиш…Ну пиши тады, коль для дела надобно…
— Фамилия, имя, отчество?
— Прошу прощения, это Вы мне?
— Вам, конечно, больше нет здесь никого…
— Как приятно, Вы бы только знали, Марина Николаевна, общаться с умным, внимательным следователем, тем паче — с такой к тому же красивой женщиной…У меня, знаете, у самого два высших образования и…
— Про образование я потом спрошу, а пока назовите свои фамилию, имя и отчество.
— Как Вам будет угодно. Записывайте, будьте любезны…Соколов я, Эдуард Игоревич, шестьдесят пятого года рождения, уроженец столицы нашей — Москвы златоглавой, коммерческий директор фирмы «ВестИнвест»…
— Не спешите, я записывать не успеваю.
— Образования: высшее филологическое и высшее экономическое. Проживаю в Москве на улице Беговой 170 корпус 3 квартира 56. Не судим и беспартийный, вину свою не признаю.
— Вас про вину ещё не спрашивала, Не спешите. Скажите лучше, зачем к нам в город приехали? С этого начнём.
— Ах, Марина Николаевна…А я ведь уже говорил…и Вам, и коллегам вашим, что отдохнуть приехал, знаете…На великую реку русскую, Волгу, знаете, полюбоваться…
— Из трамвая?
— …Будьте любезны, последний вопрос не понятен…
— Из окна трамвая, говорю, на Волгу-то любовались?
— Ах, Марина Николаевна, зачем Вы так. А милая, умная, красивая такая женщина. Пардон-пардон. Конечно Вы сейчас, в первую очередь, следователем являетесь. Работа ваша, знаете, такая. Понимаю, понимаю…Неужели Вы всерьёз, милая Марина Николаевна, считаете, что способен я на кражу? Да у меня у самого два высших образования…
— Это я уже слышала. По сути дела, пожалуйста. Когда и с какой целью к нам приехали? Где остановились? Как утро сегодняшнее провели? Ну и по поводу кошелька хотелось бы услышать.
— Позвольте, Марина Николаевна, и я же про это. Будьте любезны, дайте мне возможность договорить. Знаете, опостылели Канары эти все, Багамы, Кипры там разные…Не то всё это, знаете, не то. Захотелось отдохнуть в простой глубинке российской, знаете. Вы, может быть, и посмеётесь надо мной, Марина Николаевна, но такая, знаете, душа у меня… Простите, Бога ради, за сентиментальность…А хотите, Мариночка…Николаевна, мы с Вами в Венецию поедем. Чудный, знаете, город, прекраснейший. Это видеть надо! Уверяю Вас, залюбуетесь. Век помнить будете, уверяю Вас. Вам когда отпуск предоставят?…
— Вы показания давать будете?
— Так и я про это. Соглашайтесь, Марина Николаевна. Уверяю Вас, не пожалеете…
— Хорошо, поговорим потом о Венеции. У меня вот в материалах имеется заявление потерпевшей о краже кошелька с деньгами из сумочки. Имеются рапорта работников милиции, протокол личного обыска, из которых следует, что именно у Вас изъяли кошелёк потерпевшей…
— Марина Николаевна, извините ради Бога, что перебиваю, но как Вы могли в такое поверить, специалист с высшим образованием? Не могу понять, извините ради Бога…
— А что тут понимать, образование высшее у меня только одно…И ещё, мы проверили отпечатки ваших пальцев по картотеке и, оказывается, Вы и не Соколов вовсе, а Вьюнов Пётр Семёнович. Трижды судимы за карманные кражи, девять лет тюремного стажа имеете…
— Вот как… Так чего ж ты мозги мне здесь паришь, следачка. Слушай сюда, горбатого лепить не надо. Мне головные боли лишние ни к чему. Ясно. Я в отказе полностью и делов никаких не знаю. Так и пиши…
— Запишу-запишу. А в Венецию-то не поедем что ли?…