Сколько времени я провел на этой стоянке и на следующей, мне неизвестно. Довольно долго, надо полагать, ибо я успел заблудиться в продолжительных грезах и просто позабыл о времени, наблюдая за их развитием. Что уже довольно поздно, до меня дошло только в тот миг, когда интенсивность сил, в которых я купался и нежился, начала возрастать. Я быстро проследил эту тенденцию до источника, которым был круг колдунов в сверкающем городе, раскинувшемся у подножья горы. Одновременно я узнал, что снаружи стало уже совершенно темно.
Это означало, что посвящение вот-вот начнется и что сила будет прибывать всю ночь до рассвета.
Я перекочевал на следующую стоянку и продолжил эксперимент. Теперь я твердо вознамерился довести его до конца: возможно, он встряхнет, разблокирует что-то у меня в памяти… и тогда я смогу найти, что ищу.
На этой, четвертой стоянке произошло нечто странное. Я услышал голос – томительно знакомый, но не опознаваемый, который звучал так, будто обращается ко мне – лично и даже в некотором роде интимно.
– Фани, – сказал он. – Фани.
Голос был мужской. У меня возникло ощущение, что я должен в точности понимать сказанное. Интонация была недвусмысленно повелительная, будто мне только что отдали приказание.
Может быть, это мое собственное имя, всплывшее из давно поблекшего прошлого под влиянием местной обстановки, просто-таки пропитанной энергией?
Да нет, вряд ли.
Стало быть, Фани…
– ФАНИ!
На сей раз с еще большим нажимом, мгновенно вызвавшим прилив чувства долга и желания немедленно выполнить непонятный приказ… и с ними разочарования и горя от невозможности сделать это.
Я расширился, потом сжался, потом заметался судорожно по пещере, ища хоть какой-нибудь способ выполнить требуемое.
– Фани!
Ничего.
Мне не удалось обнаружить никаких средств удовлетворить этот импульс, стремительно превращавшийся в жестокую компульсивную потребность, которая не имела конкретного объекта приложения.
Делать было нечего, и я двинулся дальше.
Сила в горе между тем неуклонно нарастала.
Правда, на следующей стоянке давление не так чувствовалось, и я постарался остаться там подольше. Разумеется, снова потерял чувство времени и пробудился от транса, куда блаженно погрузился, только от звука шагов – это приближались кандидаты. Тогда я лениво перетек на следующую стоянку, чтобы меня и дальше не беспокоили.
Шестая оказалась более мирной и безмятежной, чем любая из предыдущих.
Я раскинулся в максимальную ширь и наслаждался, впитывая приятные вибрации.
Кажется, прошло не так уж много времени, и вот уже снова меня нагнали посвящаемые. Теперь я даже не пошевелился: желания уйти я не испытывал, к тому же мне пришло в голову (как ни условно это звучит), что понаблюдать за ходом ритуалов может оказаться полезно и поучительно.
Кандидаты вошли и заняли свои места. Заговорил некто по имени Ларик, и все мое внимание сосредоточилось на нем. Я самым внимательным образом изучил его и тогда понял почему. Это было весьма необычайное открытие, и я погрузился в обдумывание его последствий… но тут заметил Пола и был буквально ошарашен изменениями в его внешнем облике.
Он сильно согнулся вперед и отрастил огромные чешуйчатые руки. Быстрый обзор состояния тела под одеждой убедил меня, что эти руки, весьма привлекательные на свой массивный и темный манер, ему, однако, совсем не принадлежали.
Впрочем, его это, судя по всему, не особо беспокоило, и, раз так, я решил, что не должно беспокоить и меня.
К несчастью, оно беспокоило.
Дальнейшие наблюдения показали, что Пол – единственный из присутствующих, чью анатомию постигли метаморфозы. Пока я раздумывал, как оно так получилось, изменения начались в области плеч и груди. На этот раз я проследил их происхождение и обнаружил, что причиной всему служит Ларик. Раскопать у него в мыслях мотив я не смог, так как разум чародея во время прямой работы по профессии переходит в абсолютно закрытое, неприступное состояние. У остальных в сознании не нашлось ничего, что стоило бы знать: они все поголовно пребывали в некой разновидности транса.
Я подождал, пока они здесь закончат, и отправился с ними вместе на следующую стоянку. Сумею я постичь мотивы Ларика или нет, я твердо намеревался разобраться в методе магического воздействия, которое сейчас применяли к Полу.
За следующей трансформацией я следил очень-очень внимательно – и убедился, что ее правильнее было бы считать
Я оказался у Врат, которые мельком видел у Пола во сне, и прошел дальше, за них, в мертвые земли, где обнаружил воющее в ужасе создание, чье тело ныне было наполовину человеческим – а на руке красовалась драконья отметина.
