Он свернул налево и пошел по узкому коридору. Потом направо – и оказался в комнате с единственным большим окном, выходившим на вал и дальше – на мрачный, купающийся в лунном свете пейзаж. Комната была заставлена старой поломанной мебелью, но для житья явно не предназначалась. Пройдя через дверь в дальнем конце, Пол очутился в следующей, и тоже используемой под склад. На ходу приходилось махать рукой по верхам, чтобы не войти всем лицом в обильно висящую повсюду паутину. В какой-то момент дорогу ему перебежала крыса и уселась, с любопытством таращась, за креслом – наблюдать.
Еще через две комнаты – в них было много дверей – на него снизошло чувство дежавю.
Кажется, Ларик тут тогда проходил.
Налево и вон из коридора в тоннель, и вот уже грубо вытесанные ступени ведут куда-то вниз, в темноту. Пол уже очень устал. А вот огонек, как назло, летел быстрее, да и разгорелся куда ярче. Пришлось прибавить шагу, чтобы не отстать. Пол протянул руку и, потрогав каменную стену, убедился, что да, она и на ощупь такая же мокрая, как на вид.
Да, Ларик точно здесь был.
Пол почти бегом одолел несколько поворотов, и вот перед ним вырос темный каменистый склон, увенчанный какой-то блестящей штуковиной. Летучий огонь прянул туда, и он полез следом.
– Что это такое? – выдавил он, едва переводя дух.
– Ты потрясающе полезна, спасибо.
Таинственный предмет оказался длинным ящиком с выпуклой прозрачной крышкой. Подобравшись наконец вплотную, Пол чуть не выругался от неожиданности.
В ящике лежало тело.
Женское и в идеальной сохранности.
Высокие скулы, маленький подбородок и крылья волос – светло-русых, насколько он мог судить в свете проводника, – были ему не то чтобы совсем незнакомы.
– Тот самый призрак… – прошептал Пол.
– Как?
Но он все никак не мог оторвать взгляд от бледного лика.
– И к чему тут эта Белоснежка? – пробормотал он наконец.
– Зачем ее вот так выставили на обозрение?
– Больные у него фантазии, вот что я тебе скажу. Надо полагать, он наложил на нее сохраняющее заклятие… если она уже давно мертва.
– Зачем?
– И зачем ее куда-то переносить?
– Ну, ладно. Между прочим, лезть сюда пришлось по очень крутому склону.
Пламя рассиялось посильнее, и Пол увидел за гробом ровный уступ, который вел к новому тоннелю.
Он нашел защелки, открыл их одну за другой, ухватился за край крышки и напряг мускулы, чтобы ее поднять. Крышка немного посопротивлялась, потом с оглушительным скрипом медленно отворилась.
Откинув на землю покров из прозрачной ткани, Пол наконец-то рискнул рассмотреть лежавшую перед ним женщину.
– Как ее звали?
Огонь поплыл над ровным уступом, показывая дорогу.
Пол наклонился, осторожно взял тело на руки. Слабый знакомый аромат тонких духов пощекотал ему нос.
– И как она дошла до жизни такой? – полюбопытствовал он, обходя катафалк и следуя за проводником.
Пол вошел в тоннель.
Буквально через несколько шагов тот круто свернул налево и стал забирать вверх. Чувство радостного предвкушения, сопровождавшее его с самого пробуждения, вскипело еще сильнее. Кажется, он приближался к самому сердцу тайны – не только очень личной, но и такой, где ему отводилась чуть ли не главная роль.
Еще один поворот, и перед ним оказалась обширная высокая скудно обставленная комната, вырезанная прямо в диком камне. В большом прямоугольном проеме в левой стене на фоне теперь уже бледного неба сонно подмигивали звезды; ниже виднелась верхняя часть горного склона. Длинный стол охраняли тяжелые стулья, а дальше…
Пол встал и вытаращил глаза.
Медленно и машинально ноги его двинулись в указанном направлении. Он почти не сознавал, что идет, глядя во все глаза на откровение, представшее ему на дальней стене.
