А позади его уже нагоняли шаги. Ему пришлось таки бросить через плечо короткий взгляд, и да – не то шесть, не то восемь представителей низкорослого народа возникли из развалин и теперь гнались за ним. Все – вооруженные. И хотя у них имелись дубины, копья и мечи, Мышпер с облегчением (впрочем, небольшим) убедился, что ничего из более продвинутого оружия мистера Мараксона у них, видимо, не сохранилось. У некоторых были фрагменты машинно-обработанного металла – но носили они их на шее, в качестве амулетов. Интересно, сколько они вообще понимали из всего спектра технологий, в который их так внезапно втянули… и так же внезапно вышвырнули вон?
Это рассуждение пронеслось в голове у Мышпера, но надолго не задержалось – его вытеснила вполне резонная мысль, что самое примитивное оружие способно превратить вас в мертвеца не менее эффективно, чем самое изысканное.
А вот та, что касалась призрачной связи, позволявшей ему напрямую общаться с драконом, была куда более злободневной. Хорошо, когда спишь в пещере двадцать лет под боком у дракона, – между вами образуются, так сказать, особые узы. Только вот насколько у уз хватает дальности – это уже совсем другой вопрос.
Ему никогда еще не приходилось общаться с Птахом, кроме как в непосредственной близи… хотя в данный момент их, возможно, отделял друг от друга лишь тонкий слой камня.
Мышпер выругался и снова посмотрел назад. Его преследователи уже достигли основания склона – более того, один оснащенный возмутительной мускулатурой товарищ как раз отводил руку с копьем назад, для броска.
Тут уж Мышпер в него, конечно, выстрелил. Промахнулся, но хотя бы испортил ему прицел: копье ушло сильно вправо и лязгнуло там о камень.
Второй выстрел, и на сей раз один из загонщиков выронил дубину и схватился за правое плечо.
Трое гномов уже лезли за Мышпером по склону – он притормозил, прицелился и выпалил в переднего. Тот упал.
Оценивать впечатление вор не стал, а вместо этого вложил весь остаток сил в рывок к вершине. До нее оставалось уже совсем немного. Охотники были сильны и проворны, но и дичь тоже не подкачала. К тому же она весила меньше и бегала быстрее, так что заработала себе изрядную фору.
И вот он, край!
Мышпер поскорее юркнул за бровку, обеспечив себе прикрытие, и только тогда осторожно заглянул в яму.
После чего издал горлом плачевное бульканье: Лунный Птах, упорно ползший вверх по почти вертикальной стене, за это время одолел хорошо если четверть расстояния.
Мышпер выдернул чеку у одной из гранат и швырнул ее вниз, приблизительно в сторону им же самим выкопанной ямы – а потом зажал ладонями уши. Грохот не заставил себя ждать, а с ним и сотрясение почвы. Камни западали и задвигались.
В кратер полетела вторая.
Реплика прозвучала гораздо слабее… или это у него просто в голове шумело?
