Никогда ранее со мной ничего подобного не случалось – ужасное откровение, должен признать.
Обдумав его как следует наряду со всем, что я на тот момент знал о себе, я пришел к заключению, что это вполне может быть правдой.
Впору решить, что жизнь, настолько бесцельная, как моя, и полная одних лишь сомнений (а не того, чем ей полагается быть полной), сто́ит не слишком много. Но в тот же самый миг я понял, что так вопрос не стои́т. Больше чем когда-либо я был уверен, что точно хочу продолжать жить эту жизнь – да, пусть непонятную и бессмысленную, но мою.
Я приблизился к Полу и окутал со всех сторон тепло его бытия. Почему мысль о бегстве даже не пришла мне в голову, я не имею представления. Я прильнул к юноше, как дитя к родителю, и мы вместе устремились к темной цитадели.
Я остался с ним и после приземления, сопроводил в камеру, где его заперли. Некоторое время я оставался там – пока ему не принесли еду, и я не догадался, что до утра его уже вряд ли побеспокоят. Хотя прежние мои страхи никуда не делись, к этому моменту они уже достаточно успокоились, чтобы уступить место более рациональным соображениям. Теперь, когда все погрузилось в тишину и никаких насущных задач не осталось, я мог без помех изучить замок, выяснить, где тут прячется зло, и подобрать наилучший способ его нейтрализовать.
Поэтому я полетел прочь, оставив Пола в его безопасных и совершенно не интересных апартаментах. Я пролетел через несколько комнат, казня по дороге мышей и крыс, любуясь спящими, выискивая признаки темной магии или всяких опасных сил.
Я двигался очень медленно, не желая, чтобы меня застали врасплох. Ночь шла своим чередом, и я постепенно убеждался в том, что мое предчувствие оказалось ложным. Ничего угрожающего нигде не маячило. Замок представлял собой просто еще одну кучу камней, с помощью ряда несложных зодческих техник приспособленную для человеческого обитания. Плюс к тому в нее провели простейшие трубы и украсили по мере сил грубыми предметами мебели и аляповатыми гобеленами нефункциональной природы. Все немногочисленные следы магических операций носили возмутительно невинный характер.
И все же, несмотря на это, я не терял надежды. Настала и миновала полночь. Я по очереди исследовал каждую из высоких башен и…
Неописуемая боль пронзила все мое существо. Ничего подобного я раньше не испытывал… если не принимать во внимание шок от собственного рождения, который я все равно не помню.
Что-то внезапно изменилось… и его воздействие проникло до самого дна личности. Но, даже испытав это воздействие, я все же пребывал в сомнении, действительно ли его источником был тот ужас, который я искал: в нем не чувствовалось привкуса темной магии. В результате этого вмешательства у меня появилось чувство, будто в моей структуре возникло нечто новое. Если бы я только смог понять,
Долгое время я парил, погрузившись в глубокие раздумья, но никакого нового откровения не последовало, и к тому же я не сумел определить источник того, что столь внезапно на меня снизошло. Как будто кто-то где-то вдруг назвал меня по имени за пределами слышимости.
По имени, которого я до сих пор не знал.
Я лениво спускался с этажа на этаж.
Я уже исследовал большую часть того, что располагалось над уровнем земли, и подумал, что пора переходить к нижним уровням, углубленным в само тело горы. В нем имелось много отверстий как природного, так и искусственного происхождения; я проникал в них, одно за другим, и тщательно изучал.
В одной из таких каверн я и наткнулся на спящую женщину.
Эта особа недвижно покоилась во вместилище телесно, а ее дух где-то блуждал: вокруг нее можно было различить очень бледный отсвет жизни. Я приблизился, дабы рассмотреть ее получше, и тут сработала ловушка. Это было довольно тонкое заклятие, призванное уловить любое нематериальное создание, вроде меня, которое окажется слишком близко к телу. Сделали это, вероятно, для того, чтобы предотвратить одержимость.
Вот так я и оказался пойман в то, что можно, пожалуй, описать как гигантскую невидимую паутину, располагавшуюся в нескольких длинах тела от, собственно, тела. Я немного поборолся, но быстро понял, что это бесполезно. Тогда я постарался максимально расслабиться в путах и изменить свою форму. Это тоже не сработало – как и попытки перейти на иной план реальности. Силовая сеть держала меня очень прочно.
Я повис в ней, распространившись как можно шире, чтобы как следует ее проанализировать.
