– В твоем случае, – сказал он, – я бы охотно сделал все сам – и сделаю, если придет в том нужда. В худшем случае это будет первый вариант – выбор меньшего из двух зол.
– Конечно, в таком разе меня спрашивать не обязательно.
– Я думаю не только о нас двоих, – парировал Райл. – А еще и о том, что ты сделаешь со всем этим миром.
– Если открою Врата?
– Именно.
– Прости мое невежество, но что конкретно случится, если открыть Врата?
– Наш мир будет затоплен, захвачен силами другого, куда более старого – по нашим понятиям, это очень злое место. Мы станем просто его придатком. Тамошняя магия сильнее и древнее; она полностью подавит правящие здесь природные законы. Настанет эра темных чар.
– Тогда зло, о котором ты говоришь, – дело весьма относительное. Какие возражения могут быть у колдуна против ситуации, когда колдовство станет еще сильнее прежнего?
– О, ну, вот и он – тот самый аргумент, которым твой отец когда-то меня поколебал! Только потом я понял, что высвобожденные силы будет столь могущественны, что никакой нормальный колдун просто не сможет их контролировать. Мы все окажемся в зависимости от милости иных – тех, что с той стороны Врат… и немногочисленных местных, для кого это не будет иметь значения… стакнувшихся с иными.
– Стесняюсь спросить, кто же будут эти редкие отщепенцы?
– Твой отец был одним из них. Генри Спир – другим. Ты и тебе подобные, все – Дикие Жезлы.
Пол умело скрыл улыбку.
– А ты, я так понимаю, не Дикий?
– Нет, и мне овладение магией стоило тяжких трудов.
– Я, кажется, начинаю понимать, почему ты обратился, – ляпнул Пол и тут же об этом пожалел, увидав, как Райл изменился в лице.
– Ничего ты не понимаешь! – прожигая его взглядом, процедил тот. – У тебя нет дочери, связанной чарами Генри Спира.
– Призрак замка… – прошептал Пол.
– Тело ее лежит в тайном месте, не живое и не мертвое. Спир сотворил это с ней, когда я разорвал наше партнерство. Но даже и так, я все равно был готов драться с ними.
Полу нестерпимо захотелось отвести глаза, походить, уйти – да хоть с ноги на ногу перемяться.
Вместо этого он спросил:
– Кого конкретно ты имеешь в виду, говоря о Диких Жезлах?
– Таких, как ты, – людей с природной склонностью к Искусству, – ответил Райл. – У кого отношения с его силами близкие и… личные. Художников, а не мастеровых, можно и так сказать.
– Спасибо за разъяснения, – кивнул Пол. – Я понимаю, что никаким опровержениям относительно моих намерений ты верить не расположен, и потому не стану ничего опровергать. Может, просто скажешь мне, чего ты на самом деле хочешь?
– У тебя были сны, – бесцветным голосом сказал Райл.
– Были. И что?
– Сны, которые посылал тебе я. В них твой дух странствовал за Вратами и зрел всю дикость и запустение тех злых краев и их обитателей, предающихся беззакониям.
Да, Пол помнил эти ранние сны… Но и другие тоже – о городах за горным хребтом, не диких и не запустелых, с культурой, столь сложной, что превосходила всякое понимание.
– И это все, что ты мне показывал? – озадаченно спросил он.
– Все? А что, этого еще недостаточно? Всякий приличный человек сразу бы понял, что Врата открывать нельзя!
– Что ж, это было достаточно убедительно, – кивнул Пол. – Но скажи, кроме снов, ты больше ничего мне не посылал?
Райл нахмурился, испытующе уставившись на него… потом улыбнулся.
– Ах, ты об этом… Кет.
– Кет? Ты про того колдуна, который напал на меня в моей же собственной библиотеке?
Райл кивнул.
– Он самый. Да, его послал я. Хороший был человек. Думал, он легко возьмет над тобой верх и решит вопрос раз и навсегда.
– Какой вопрос? После всех твоих разглагольствований про Врата, и моего отца, и Диких Жезлов, и черную магию я все еще теряюсь в догадках, чего тебе от меня-то надо!
Толстый колдун тяжело вздохнул.
– Я надеялся, что, показав тебе сны и все зло того мира, а потом тщательно разъяснив положение дел (как я только что сделал), я, возможно – ну, хотя бы возможно! – смог бы переманить тебя на свою сторону и убедить пойти на сотрудничество. Жизнь сразу бы стала гораздо легче.
– Знаешь, начинать сразу с игры в монстров с моей драгоценной анатомией был далеко не лучший ход.
– Зато очень наглядный. Он продемонстрировал, как далеко я готов зайти, если ты не захочешь мне помогать.
– Тут, уж извини, надо было выражаться яснее. Что у нас еще в программе – кроме смерти, разумеется?
– Голова. Я, между прочим, начал еще очень ласково. Но если после некоторых болезненных манипуляций с телом, которое ты сейчас носишь, ты все еще откажешься дать мне желаемое, я вынужден буду завершить трансференцию. Я отправлю твою голову присоединиться ко всему остальному организму в ссылке за Вратами. Мне здесь останется немного покалеченный демон-слуга, а тебе… – тебе предстоит влачить крайне плачевное существование до конца твоих недолгих дней. Ну, да что я тебе рассказываю – ты сам видел те места.
– Звучит убедительно, – согласился Пол. – И за что же мне такая жестокая кара?
– Ты знаешь, где находятся Ключи. Ключи, которые могут отворить Врата – или затворить их навек. Я хочу их получить.
– Предположительно, чтобы сделать второе?
– Несомненно.
