Майор обычно был скуп на слова. И здесь он сказал лишь то, что нужно для дела. С предельной ясностью он объяснял десантникам боевую задачу, стоящую перед отрядом. По данным разведки, немцы назначили на 26 марта эвакуацию населения Николаева. Кроме того, они намеревались разрушить и поджечь город. Надо было сорвать коварные планы врага и поднять переполох в его стане. Для этого и сформирован десантный отряд. Внезапным броском десантники должны высадиться в николаевском порту, проникнуть в город, создать панику, отвлечь на себя значительные силы немцев, а тем временем части Красной Армии перейдут в решительное наступление. В заключение комбат выразил твердую надежду, что отряд с честью выполнит задание командования.
От имени всех десантников с краткой, но выразительной речью выступил старший лейтенант Константин Ольшанский. В помещении попрежнему стояла глубокая тишина. Простые, волнующие слова, произносимые с чувством, западали в сердце каждого моряка. Да, задача очень трудная и опасная. Враг во много раз превосходит нас по силе. Но наше преимущество — неожиданность удара по немцу. Нож в спину! Надо только суметь пробраться незамеченными. В этом главное. А там моряки не подкачают. Там уж покажут свою молодецкую удаль. Словами офицера десантники заверили командование, Родину, товарища Сталина в том, что задачу выполнят так, как подобает черноморским морякам.
Собрание закончилось. Теперь каждый жил событиями близкого будущего, с нетерпением их ждал и с надеждой смотрел вперед. Сколько уверенности, бодрости и силы вкладывали десантники в слова клятв, которые писали наспех тут же, в помещении, на клочках бумаги! Вот как выразил свои мысли младший сержант Владимир Очаленко:
«Родина моя, земля русская! Я иду за тебя в бой, я иду в бой для того, чтобы освободить тебя, мой народ, от немецких оккупантов.
За тебя, Родина моя, буду биться мужественно и храбро, буду биться до тех пор, пока руки владеют автоматом. Я — сын Ленинско-Сталинского комсомола, умру, но задачу выполню с честью».
Высоким патриотическим духом и любовью к своей отчизне проникнута клятва Константина Ольшанского.
«Перед лицом своих друзей по оружию, перед лицом советского народа, — писал командир десанта, — клянусь любимому полководцу великому Сталину и нашей социалистической Родине — мстить, беспощадно мстить за наши разрушенные города и села, за кровь советских людей.
Если для этой священной мести потребуется моя жизнь, я отдам ее без колебаний».
Так думал каждый. С такой жгучей беспощадной думкой шли все шестьдесят семь человек: пятьдесят пять котановцев и двенадцать солдат гвардейской части. Их сплотили воедино боевая походная дружба, единая воля и вера в победу. Их сплотила горячая любовь к Родине и великому Сталину.
В точно назначенный час десантники прибыли на отлогий берег Южного Буга — к месту посадки. Проводить товарищей пришли почти все котановцы. Сумерки сгущались очень быстро, и вскоре для погрузки лодок понадобились карманные фонари. Ящики с боезапасом укладывали на дно лодок, в носовой части устанавливали ручные пулеметы, на корме — противотанковые ружья: ПТР. Такое расположение оружия в случае необходимости способствовало успешному ведению огня.
Когда семь лодок были окончательно загружены и люди, простившись с Котановым, который каждому крепко пожал руку и пожелал боевого успеха, уселись на свои места, — старший лейтенант Ольшанский подошел к комбату и попросил разрешение отправиться на выполнение боевой задачи.
— Да, да, отправляйтесь! Желаю удачи! — ответил Федор Евгеньевич и, обняв Ольшанского за шею, трижды его поцеловал.
Затем Ольшанский попрощался с заместителем командира батальона по политчасти майором Аряшевым и с друзьями-офицерами Михайловским, Гончаровым, Стороженко, Федорякиным… Кто из них в эти минуты не завидовал другу, ставшему во главе десантной операции, да какой еще операции!.. Завидовали и от всей души желали ему новой победы над врагом.
— Победим, товарищи, победим!
В последний раз услышали от него офицеры эти твердые, верные слова.
Одна за другой отходили рыбацкие лодки от берега. Они шли вверх по течению, навстречу хлестким, колючим волнам, порывистому ветру и неизбежным опасностям.
Они давно уже исчезли во мраке ночи, а люди все еще стояли на берегу, молчаливые, грустные и в то же время гордые за своих боевых друзей…