Оно было ему знакомо. Так звали писателя, который по молодости, в послевоенные годы, успел заявить о себе в среде китайских литераторов, а после событий на площади Тяньаньмэнь эмигрировал в Америку. К числу особо плодовитых авторов он не принадлежал и прославился прежде всего как талантливый романист, хотя первый же выпущенный им сборник малой прозы удостоился Международной литературной премии имени Экерсона. И произошло это не ранее чем в позапрошлом году.
— …
Название отмеченного премией произведения… У Мимори перехватило дыхание.
Underwater Library.
«Подводная библиотека».
ДНЕВНИК ГЕРОЯ
ИМЯ
Я тебе дарую имя!
Ты во всем: в горах и в небе,
В звездах — в мире необъятном.
Твое имя — имя мира.
*
Запечатленный на фотографии пейзаж выглядел настолько грандиозно, что, казалось, вот-вот выплеснется за пределы страницы. Солнце уже клонилось за горизонт, и озаренная последними закатными лучами кромка земли зажглась багряным огнем. Безбрежность открывающейся панорамы превращала совершенно естественное природное явление в божественное чудо. Женщина на какое-то время погрузилась в изучение фотографии. И тут раздался голос:
— Что же делать? Такой альбом у них всего один!
Она оглянулась. На входе в отдел фотоальбомов, возле самого лифта, стоял высокий незнакомец. Привлекательный — с такой внешностью он наверняка вызывал всеобщее восхищение, — но как будто потерянный. Словно на всем свете ему некуда было податься.
Заглянув в альбом, который держала женщина, мужчина продолжил:
— Я тоже думал купить эту книгу, но все никак не мог решиться. Вроде бы определился, сказал себе, что не стану ее брать, но на полпути домой понял: если не куплю, потом буду жалеть. И вот я снова здесь и вижу книгу у вас в руках.
С этими словами мужчина перевел взгляд с предзакатного пейзажа на женщину и широко ей улыбнулся.
— Может быть, это судьба?
*
«Решающий момент настал! Все о президентских выборах в США».
«Самый полный разбор позиции Кейси Фергюсона, кандидата от Унитарной партии, и Ральфа Дакуорта, кандидата от Партии народного управления!»
Мимори сидел в фойе отеля «Токио Стейшн» и листал журнал, обложка которого пестрела кричащими лозунгами. Просматривая статью, изображающую выборы в чужой стране чуть ли не всенародным праздником, он не мог отделаться от чувства нелогичности происходящего. Было бы неплохо, проявляй журналисты то же рвение в освещении выборов у себя на родине.
Мимори услышал шаги. Поднял голову, увидел, как в фойе вслед за портье входит его мать, Мариа, и поднялся на ноги. Те, кого он ждал, прибыли.
Вслед за Мариа шли две женщины. Первая казалась крошечной даже в сравнении с его миниатюрной матерью. Темноглазая и темноволосая, она была одета в бежевые хлопковые брюки, красную фланелевую рубашку и нейлоновый джемпер цвета хаки — все предельно просто, ничего вызывающего. Роста в ней набиралось немногим более полутора метров, и выглядела она совсем юной: судя по внешности, ей не исполнилось и двадцати.
Впрочем, протянув руку для приветствия, Мимори изменил свое мнение. Поднятые на него темные живые глаза излучали яркий свет, их неожиданно зрелый взгляд пронизывал насквозь. Если от Сю веяло континентальными ветрами Большой земли, то здесь словно угадывалась сама необъятная твердь, попеременно освещаемая солнцем и луною. До чего чистая, исполненная силы чернота. Какое глубокое горячее сочувствие…
— Приятно познакомиться. Раура Вуф. Я буду говорить с вами от имени народа дихатси, — донеслась до Мимори четкая звонкая фраза. В противоположность не по годам глубокому взгляду голос девушки сохранял наивную непосредственность. Мимори отчего-то показалось, будто его ноги на сантиметр-другой оторвались от пола.
Затем он обменялся приветствиями со второй гостьей, которая зашла в фойе последней. Длинные светлые волосы она стянула в хвост, макияж, похоже, накладывать не стала, и одета была очень буднично — в штаны да легкую куртку. Хотя на шее у нее висело крупное войлочное украшение. Уголки ее губ смотрели вниз, выдавая натуру волевую и решительную.
— Мэри Кэррингтон. Для меня большая честь встретиться с вами.
Мэри возглавляла Центр изучения коренного населения США при Научно-исследовательском институте истории и этнографии Северной Америки.
Мимори тоже представился, предложил дамам кресла, и все сели. Раура, судя по всему, уже успела найти общий язык с Мариа, встречавшей их в аэропорту, и теперь беззаботно беседовала с ней о том о сем. Когда она взглянула на заказанный после тщательных раздумий набор сезонных сладостей, глаза ее засияли, и стало понятно, что это обычная молодая девушка, такая же, как и прочие ее сверстницы.
— Пока мы ехали сюда, Раура успела рассказать много интересного о жизни своего племени. Это чрезвычайно увлекательно!
Услышав восторженный отзыв Мариа, Раура, которая в это время уплетала за обе щеки пирожное, щедро украшенное кусочками дыни, расплылась в улыбке.
