В цветущей юности своейСреди тюльпанов и лилейГордяся роза возрастала.Осанка горда возвещалаВ ее унынии самомВеличье пред другим цветком.Когда горящее светилоНа свод лазурный восходило,Почтенье робко к ней хранило;И чтобы стеблей не помять,Лучи как бисер рассыпало;Но к ней касаться не дерзало.Что редко, должно обожать!Зефиры, тонки волокиты,Кадриль из всей составя свиты,Резвились, прыгали пред ней;На легких крылиях носясяИ счастием своим гордяся,В молчаньи удивлялись ей.Но долго ль процветала роза?Едва вечерний час настал,Бледнел цветок и увядал —Померк от лютости мороза.Приидет день весны твоей,Ты к жизни возвратишься снова;И смерть угрюма и суроваТебя не может поглотить —Твой рок и умирать и жить!Но ты где, нежная Темира?Где? — там! Где там? — безмолвна лира!Здесь прах; души твоей в нем нет.Она мертва, а прах живет.Напрасно приближаюсь к гробу,Тебя желая воскресить;И слезны перлы хладну злобуБессильны, слабы умолить.О, если б глас судьбины гневнойРасторг состав мой, век плачевный!С восторгом пред тобой бы палИ тонкий прах с твоим смешал.<1792>