На борту «Камберленда» у входа в залив Мы стояли, готовые к бою,И к утру барабана тревожный призыв Прокатился вдоль скальной гряды И у самой водыБыл подхвачен трубою.И, завидя дымок сквозь рассветный туман, Знали мы — из далекого портаПриближается к нам броненосец южан: Неуклюжим железом обшит, Испытать он спешитПрочность нашего борта.С тяжким хрипом, надрывно и часто дыша, Подступает стальная громада,И в мгновенье одно наши мачты круша, Смерть из каждого пышет ствола, Все сжигая дотла,Как дыхание ада.Но и нам не к лицу оставаться в долгу: Счет собратьям теряя убитым,Мы ни в чем уступать не желаем врагу, И в ответ на неистовый град За снарядом снарядБьет по кованым плитам.«Бой проигран! Долой опозоренный флаг!» — Нам изменник сигналит надменно.«Нет, — кричим мы, — скорее погибнет моряк, Но не сдастся на милость врага: Честь ему дорога,А свобода — священна!»Но, как чудище черное древних легенд, Навалился он грудью железной,И на дно, содрогнувшись, ушел «Камберленд». Только эхом в дали грозовой Грянул залп громовойНад сомкнувшейся бездной.И когда занялся над равниной седой День для новой, решительной битвы,Колыхался, как прежде, наш флаг над водой, Ветерок, ощутимый едва, Доносил нам словаПоминальной молитвы.О сердца, что в бою обрели свой конец, Вы не зря покорились пучинам,О земля столь отважных и пылких сердец, За измену поплатится враг, И победный твой стягСтанет снова единым!
На стенах дома, где живет старик,Изображенья — сокол, лань, борзая;Из парка жаворонка песнь живаяВлетает в дом, а с нею солнца блик —Через витраж — и тьма уходит вмиг,Мерцанью стекол пестрых уступая;Старик смеется, пенью птиц внимая,И пишет строчку. Труд его велик —Он, этот бард зари, создал рассказыКентерберийские; сродни денницеЕго стихи, ведь в книге я слыхалКрик петуха и звонкие проказыНебесных птах и на любой страницеЦветов и пашни запах я вдыхал.
Провалы улиц городских бездонных,Где жизнь людская хлещет через край;Повозок грохот; клич зовущих в райСолдатских горнов; моряки в притонах.С судов, забытых у причалов сонных;Звон с колоколен; крики, ругань, лай,Земная грязь и, как бы невзначайСюда попавший, запах роз холеных!Картину эту вижу, как откроюТом всех и вся затмившего поэта,Который высшим Музами избран;У Ипокрены с лирой золотоюУсажен он на троне Мусагета,Священным лавровым венком венчан.