Ника вздыхает, поворачивается к Стефано спиной. И примерзает к полу. Запахи обостряются, тишина превращается в морозный наст, который давит на уши, словно Ника находится глубоко под водой и давление сжимает ее барабанные перепонки. С портрета на нее смотрят ледяные серебристые глаза. Знакомый овал лица. Те же нахмуренные брови и высокомерная усмешка, которая таится в уголке чувственных губ. Волосы, длинные, ниспадающие на плечи, напоминают крыло ворона. Высокий белый воротник из венецианского кружева закрывает шею. Мужчина стоит возле камина, опершись на него и слегка наклонив голову. На нем панталоны и короткая куртка темно‑коричневого цвета с широкими рукавами. Сверху накинут плащ, из‑под которого виднеется шпага. Но Ника оглядывает все это мельком, будто ненужные детали. Ее гипнотизирует лицо мужчины. А если быть точнее, лицо Стефано.
– Правда похожи?
Стефано подходит к Нике и останавливается слишком близко. Ее плечо слегка касается его груди, и ей даже чудится, что она слышит сердцебиение.
– Безумно, – шепчет Ника. – Кто это? Один из графов?
– Разумеется. Граф Карлини. Сеньор Марко Никодемо Пьетро Росси.
– У итальянцев память с рождения заточена на длинные имена?
– Нет, – Стефано смеется, – я прочел надпись.
Ника смущенно молчит, замечая золотую табличку под портретом с именем графа. Но ее взгляд тут же возвращается к лицу Марко.
– Тебя не пугает подобное сходство? Словно это ты в прошлом!
– Не отрицаю. Когда я был подростком, то мог часами стоять здесь и вглядываться в повзрослевшего себя. Было весьма забавно.
– И правда. – Ника замечает, что мужчина на картине старше Стефано. Намного. Возле губ недовольные складки, глаза – уставшие от жизни, в черных кудрях мелькает проседь. – Если так подумать, то Джульетта похожа на молодую Паолу.
Стефано вздрагивает и оглядывается на портрет близняшек.
– Да, – бормочет он. – Похожа. И не только она.
– Что?..
Но Стефано с мягкой улыбкой подхватывает Нику под руку и ведет к двери:
– Предлагаю продолжить созерцать картины после завтрака. Мой желудок скоро объявит забастовку.
Ника вскидывает бровь:
– Ты умеешь шутить?
– Особенно когда голоден, – фыркает Стефано.
Перед уходом Ника едва успевает схватить карту и бросить прощальный взгляд на «Стефано из прошлого».
Паола прячется за тонированными стеклами электроседана, но не может унять дрожь. Запах кожаного салона теперь раздражает, а на солнцепеке внутри машины невыносимо душно. Мысли не хотят успокаиваться.
Она быстро бегает пальцами по огромному монитору, который поглотил панель приборов, и включает кондиционер. Прохладный воздух остужает голову, и Паола с облегчением вздыхает. Задумчиво проводит ноготком по эмблеме «Теслы» посреди руля. На хромированной букве «Т» переливаются солнечные блики.
Что именно Паола ждала от этой встречи? Вчерашний анонимный звонок лишил сна, а приятный мужской голос заставлял ее дрожать, как юную школьницу. Но она собрала все мужество и пришла в назначенное место. Недавно открытое кафе еще не успело набрать клиентуру, и там было довольно тихо. Небольшие круглые столики из серого пластика, отполированная до блеска черно‑белая плитка на полу. Просто и без вкуса. Но все померкло, когда Паола услышала, зачем она явилась туда.
Теперь она сидит в машине и чувствует, как сердце бьется в груди чаще и чаще. И пытается осознать, что все планы, все, что она считала Божьим провидением, рушится по щелчку человека, которого она видит в первый раз в жизни.
Паола снова выдыхает и трет запястье, стараясь смыть чужое прикосновение. Она не сдастся так быстро. И его запугивания не дадут плодов, как бы он этого ни желал.
Пиликает смартфон, и Паола вздрагивает. Мысленно проклиная себя за глупость, достает его из сумки и мельком читает короткое смс‑сообщение. Со злостью швыряет мобильный на соседнее сиденье. Тварь! Думает, что знает ее страхи, слабые места, но на самом деле ни черта он не знает!
Она заводит «Теслу» и включает автопилот. Откидывается на кресло. Паола больше не будет думать об этом. Поедет в замок. Проверит работу Вероники. И выкинет из головы проклятую встречу.
Столовая каждый раз вызывает в душе Ники трепет. Ажурная лепнина по периметру нежно‑розового цвета. На стенах нарисованы шторы с бахромой, словно занавес, за которым скрывается сцена. Длинный стол на двенадцать персон окружен дорогими стульями из красного дерева. От каменных стен не веет холодом, а огромные окна в пол открывают чудесный вид на густой лес.
Завтрак пролетает за мгновение, и, как Нике ни хочется продлить его, оно утекает сквозь пальцы, словно песок.
Стефано был необычайно красноречив. Он говорил и говорил. Об истории, искусстве, работе, политике. Темы сменяли друг друга, будто кадры киноленты. Без резких переходов. Естественно. Но он ушел разбирать накопившиеся дела, и Ника ощутила себя одинокой. Хотя прошло не больше минуты после его ухода.