Письменный стол в спальне завален документами. Они сложены в неряшливые стопки, между ними лежат затерянные ручки и сломанные карандаши. Листы А4 исписаны мелким, кривым почерком. Цифры, буквы смешаны в некий шифр, понятный лишь Стефано.
– Господи… – устало протирает ладонями лицо и смотрит в широкое окно, к которому вплотную приставлен стол.
Снова дождь и туман. Как он ненавидит этот замок…
Позади распахивается дверь, но Стефано не оглядывается. Аромат знакомых сладковато‑древесных духов говорит лучше слов.
– Ты можешь контролировать свою паранойю?
После раздраженного вопроса сестры Стефано обреченно поворачивается к ней. Паола падает на кровать, застеленную меховым леопардовым покрывалом. С блаженством скидывает на пол бежевые туфли. Кидает сумочку рядом и пальцами расчесывает длинные волосы.
– Ты же знаешь ответ. – Стефано скрещивает на груди руки.
Минуту они буравят друг друга взглядом, он сдается первым и сумрачно оглядывает огромную спальню. Она напоминает Стефано круглую камеру. Единственным обжитым местом кажется стол, больше нигде не видно его вещей. Даже шкаф выглядит одиноким и пустым.
– Ну, тогда не провоцируй себя на очередные вспышки гнева. – Паола поправляет подушку под спиной.
– Я не могу. Когда вижу эти фотографии, меня трясет от злости. Я не понимаю, зачем она делает это.
– Тебя трясет не от злости, а от страха, – едко вставляет сестра. – Почему бы тебе просто не поверить в то, что духи существуют. Ника не фальсифицирует их. Она фотографирует то, что есть.
– Призраков нет!
Сердце учащенно бьется и отголоском звучит в висках.
– Только ты умудряешься не верить в них и при этом до потери пульса бояться.
Паола отворачивается, но он успевает заметить блеск в ее глазах.
– Зря ты наняла Нику. Она – хорошая девушка, искренне болеет своей работой, ну, если не считать некоторых странностей. – Стефано на секунду зажмуривается, прогоняя воспоминание: расплывчатая фигура посреди зала. Словно сигаретная дымка приняла очертание человека. Его бросает в жар.
– Ты знаешь, зачем я ее наняла, – вскидывается Паола. Она похожа на ощетинившуюся кошку. – Она нужна нам. Или… – женщина внезапно улыбается, – теперь ты готов рассмотреть план «Б»?
– Никакого плана «Б» нет. Впрочем, «А» тоже, – цедит Стефано.
Улыбка сестры моментально гаснет.
– Ты сегодня странная, – замечает он.
– С чего ты решил?
– Напряженная. С утра сорвалась в неизвестном направлении. Я звонил Антонио. Ты не приезжала в офис.
Паола стискивает зубы и испепеляюще глядит на Стефано. Она порывается что‑то сказать, но звонит ее смартфон, и она вскрикивает, хватаясь за сердце. Поспешно отыскивает его в сумочке и с видимым облегчением вздыхает. А затем сбрасывает вызов.
– Я не обязана отчитываться. – Паола встает и надевает туфли. – Но знай, что я тебе не лгу. Тебе все известно. Зачем здесь Ника, что вскоре может произойти, и как сильно мне нужна твоя помощь. – Она подходит к Стефано и нежно целует его в щеку. – Прости, что заставляю тебя жить в этом полном привидений замке. – Женщина строит страшное лицо и тут же звонко смеется. – Но у меня больше никого нет.
– Ты знаешь, что это не так. – Стефано ловит ее взгляд, но она поспешно отводит глаза. – И твои страхи… Они вымышлены. Не стоит питать их, ведь от этого они становятся лишь сильнее.
Паола снова улыбается, но вместо лучезарной улыбки губы складываются в тусклую кривую:
– Ох, милый брат. Не тебе меня судить.
– Я знаю, но…
– Тссс… – Паола прикладывает палец к его губам. – Отец погиб, потому что верил. Ты же не хочешь, чтобы его смерть была напрасной.
– Он умер от туберкулеза, – сухо замечает Стефано.
– Но он бы никогда не заболел, если бы не искал. Сколько еще людей должно умереть, чтобы ты наконец поверил? – со слезами на глазах спрашивает Паола и поспешно уходит, не дожидаясь ответа.
На душе оседает невидимая тяжесть. Последние слова сестры звучат как обвинительный приговор. Но он ничего не может сделать. Он не верит. Потому что иначе его страхи – реальны. А этого Стефано не вынесет.
Он снова поворачивается к столу и находит среди бумаг коричневую, потертую от времени книгу. Раскрывает на середине и вчитывается в слова, обведенные карандашом:
Стефано смотрит в окно и щурится, фокусируясь на единственной мысли.
Ночь подлетела незаметно. Погруженная в работу, Ника едва нашла время на ужин. И только потому, что голодный желудок напомнил о себе резкой болью.
Она ела в компании Паолы и не проронила и пяти слов. Все время смотрела на пустой стул Стефано, не решаясь спросить: где он? Сердце предательски тосковало.