После этого ничего интересного подозреваемый не сообщил. Следователь вскоре бросил утомительный допрос — а уже на следующий день безымянный незнакомец взошёл на балкон рока.
За протоколом Ульф обнаружил ссылки на рапорты. Один из них без обиняков назывался «Рапорт о смерти осужденного». Ульф открыл. Документ утверждал, что в сорок первый день месяца Мешир 923 года Благословенной эпохи — или 211 стандартных лет назад — Объект 5 (интересно, невольно подумалось Ульфу, что собой представляли Объекты с первого по четвёртый?) обнаружили мёртвым в предместье Шанеха, в сточной канаве. Причина смерти — перелом шеи после падения. Дальнейшие рапорты, однако, говорили, что во второй раз труп не нашли. Вероятно, писали следователи, его съели клыкастые пустынные крысы или утащили любопытные местные жители. (В последнее, впрочем, ни за что не поверил бы даже Ульф, повидавший много странных людей и необычных склонностей).
Был здесь и рапорт о беспорядках в 17 день месяца Паремхат — но уровень доступа инспектора не позволял Ульфу просмотреть его. О чём там говорилось, он догадывался и сам. Легенда не врала.
К концу рабочего дня дежурные по участку начали что-то подозревать. К тому времени Ульф был уже далеко. Раздобыв в местном планетарии карты звездного неба, он вскочил на глайд-байк — и тот понёс его назад к кораблю. Путь лежал на юг, и всю дорогу Ульф удовлетворённо любовался закатом большого оранжевого солнца по правую руку.
Созвездие Кракена он нашёл на карте ещё перед выездом. В месяц Паремхат оно всегда располагалось в небе совсем рядом с правым краем Млечного Пути. Ликвит-мученик бежал на галактический восток, к краю спирального рукава Ориона… а может, дальше, к рукаву Персея? Впрочем, решил Ульф, это лучше, чем если бы Кракен занимал самый центр галактической полосы. Ликвита пришлось бы выслеживать до самого центрального сектора, где заканчивается людской космос…
…и начинается космос Иных.
А что, если оттуда и прибыли ликвиты? — подумал Ульф с некоторым содроганием. Пусть не из центра Галактики, пусть из оконечности рукава Персея — она тоже полна жизни, загадочной и жуткой. Именно в этих краях состоялись первые контакты со внеземным разумом — и сразу привели человечество к мысли, что лучше с ним без острой необходимости не общаться. К счастью, внеземной разум придерживался той же точки зрения. Для него, очевидно, культурный шок оказался столь же тяжёлым.
С тех пор всякая встреча с Иными шла по одинаковому сценарию: долгое взаимное изучение языка, обмен заверениями в мирных намерениях, демаркация границы — и — периодически — совсем уж редко — обмен короткими радиосообщениями. Просто чтобы не пропустить какую-нибудь катастрофу галактического масштаба. «Всё в порядке? — Интегральный коэффициент параметров жизнедеятельности цивилизации в пределах нормы. Запрашиваем аналогичную информацию. — И у нас.»
Никого похожего на себя люди так и не встретили.
До сегодняшнего дня?
Ну ладно, не до сегодняшнего — до 923 года Благословенной эпохи, или какой он там по стандартному исчислению. Возможно. В конце концов, нет гарантий, что парень улетел именно в созвездие Кракена. Может, это было созвездие Кашалота.
Оставалось только проверить.
На корабле Ульф первым делом включил бортовой компьютер, приказав ему отыскать все планеты со среднегодовой температурой ниже стандарта, обращающиеся вокруг двойных звезд. Подумав несколько секунд, компьютер развернул на весь командный отсек карту Галактики, подсветив красным две сотни планет. Несколько манипуляций — и на карте осветился зелёным светом сектор, лежавший за пределами созвездия Кракена — если смотреть с Хакара.
