— В сущности, как и вы, — протянул Ульф. — Вкладываюсь во всё, что можно в моём мире. Главная отрасль у нас, пожалуй, биоинженерия.
— Оо! — В глазах герцогини Ульф увидел азартный блеск. — Как интересно! Что же вы производите?
— Всё подряд, на самом деле. Органы, целые тела, ГМ-зверюшек — декоративных в основном… Убойный скот, конечно, доходнее, — добавил Ульф с видом специалиста, — но и расходов на него больше. В наших условиях это нерентабельно.
— Серьёзно, — герцогиня одобрительно покивала. — Странно, что я не слыхала о ваших компаниях. Ваш мир так и зовётся — Эран?
— Мы почти не экспортируем, — кивнул Ульф. — Внутренний рынок большой. В других системах о нас мало кто слышал.
— Дайте угадаю, — герцогиня заинтересованно наклонилась ближе, — вы прибыли прощупывать почву?
— Отчасти, — подтвердил Ульф. — Неплохо бы взглянуть на конкурентов — или партнёров… Вам, я вижу, интересно?
— Боюсь, кроме интереса мне нечего предложить, — ответила герцогиня. — Биоинженерией в промышленных объемах мы не занимаемся. Помаленьку, для бытовых нужд — это да, но не более. Никаких передовых разработок.
— Разработки будут, было бы где их реализовать. Мощности-то у вас имеются, — невозмутимо сказал Ульф.
— Зачем нам мощности, — усмехнулась герцогиня, — если на них нечего производить?
— Странно, — Ульф приподнял бровь. — Мне говорили совсем другое.
— Какое же? — герцогиня повторила его движение.
— Говорили, — Ульф заговорщически наклонился к ней, — будто вы участвовали в одном знаменитом проекте века полтора или два назад. Возможно, даже организовали его.
— Что за проект?
— Не стоит произносить некоторые слова, — уклончиво сказал Ульф. — Если это правда — вы и сами знаете.
Герцогиня беззвучно рассмеялась.
— Предположим, мы думаем об одном и том же. Для чего мне это, по-вашему?
— Это лучше вы мне расскажите, — усмехнулся в ответ Ульф. — Сколько я ни гадал, я не сумел до конца понять цель этого предприятия. Хотя задумка очень перспективная. Как бизнесмен я до сих пор впечатлен до глубины души.
— А как биоинженер?
— И как бионженер.
Герцогиня вновь издала беззвучный смех.
— Так вы хотите узнать о том проекте — или о моих возможностях?
— Если вы посвятите меня в обе тайны, — сказал Ульф, — я буду просто счастлив.
Несколько секунд герцогиня изучающе разглядывала Ульфа. Её пронзительный взгляд был направлен прямо ему в глаза. Иной бы избегал его — но Ульф не отвел глаз. И ему показалось, что взгляд герцогини слегка блуждает — как у человека, говорящего через Палату.
— Ваша настойчивость мне нравится, маркиз, — сказала она наконец. — Она выдает в вас энтузиаста. Мы с вами в этом похожи. Идёмте. Я покажу вам кое-что.
Герцогиня поднялась и повела Ульфа прочь из бального зала.
В глубине коридоров дворца их прогулка завершилась в комнате с красными шторами и ковром. Мебели здесь практически не имелось — только маленький, но явно очень дорогой диван на тонких резных ножках, обитый коралловой кожей, и такого же стиля журнальный столик. Перед ними раскинулся по полу голопроектор. Герцогиня незамедлительно включила его и стала загружать файл.
— Небольшой фильм, — пояснила она. — О том, как всё началось. Думаю, отсюда вы поймёте, для чего всё это.
Перед Ульфом расцвели зеленоватые образы респектабельных джентльменов и леди, одетых в основном в классические костюмы и роскошные платья, рассевшихся стройными рядами на изящных стульях. Несомненно, такие же, как герцогиня, дворяне-неофеодалы — а с ними люди бизнеса, легального и не очень. Все они, судя по всему, расположились в большом зале, а перед ними, на сцене уже стояла она — герцогиня. Столь же сиятельная, как и сейчас, она была одета еще более торжественно, словно на коронацию. Зрители приветствовали её аплодисментами — а когда они смолкли, она долго молчала, собирая внимание толпы.
— Вы можете подумать, — сказала Ульфу живая герцогиня, — что слышите лишь пустые красивые фразы. Но поверьте — это истина. Я хотела сказать лишь то, что сказала. Слушайте.
И стоило ей умолкнуть, заговорила её голограмма.
