Погоня за тенью полностью

Будем на молчаливой связи, передал Ульф, переходя на беззвучный канал. Д ождемся начала действа, прежде чем что-то предпринимать. За нами должны наблюдать. Вслух Ульф добавил:

— Представление обещает быть захватывающим.

— О, не сомневаюсь, — сказала Таня. — Генри, вы говорите, вы уже видели?..

Но Генри и Розы уж и след простыл.

— Что ж, на сегодня хватит приятных знакомств, — сказал Ульф. Наша главная цель — поговорить с главной любительницей искусства и биотехнологий.

Сомневаюсь, что её будет легко разговорить. В мысленной речи Тани звучал скепсис.

Выхода нет, ответил Ульф. Если даже есть документы или другие улики — мы понятия не имеем, где их искать. Видала, каких размеров дворец?

Такие места обычно заметны, подумала Таня.

Какие места?

Места, в которых что-то прячут. Обычно их здорово охраняют, не так ли?

Может, ты и права, подумал Ульф . Тогда надо будет поискать. У тебя работает сканер?

Да.

Отлично. Прощупай местность так глубоко, как сможешь. Если что-то пойдет не так, сигнализируй.

Сейчас? — подумала Таня с некоторой тревогой.

Позже. Когда начнётся представление. Ты сможешь незаметно ускользнуть. Стражи я в здании не видел, но если появятся…

…Мне стало дурно от громкой музыки и духоты, закончила Таня.

Умница, подумал Ульф ласково. Теперь скажи что-нибудь вслух. Мы слишком долго молчим.

— Какая красивая люстра, — сказала Таня, подняв голову к потолку.

— Это точно. Последний раз видел такую… — Ульф погладил подбородок. — Впрочем, нет, такую я нигде не видел.

— У нас в опере похожая. Но не такая роскошная, конечно.

— У нас?

— В моём родном городе, вернее. А ты что будешь делать в это время? Наслаждаться искусством?

— Не знал, что там есть опера. Постараюсь всё же установить контакт с герцогиней.

— Конечно, есть, ты чего? И выманить у неё информацию? Как?

— Прости, мне вечно кажется, что ты родом из маленького городка. По сравнению со столицей они все кажутся такими крошечными… О, предоставь это мне.

— Значит, вернемся — и первым делом туда. С мотри! Я не выключу сканер, пока ты не вернешься.

— Договорились, — сказал Ульф вслух.

Стоило им закончить разговор, как начало темнеть, и вскоре подсвеченной осталась только сцена, заполнявшая всё пространство в конце зала. Гости оживились, стали раздаваться взволнованные возгласы предвкушения. Постепенно голоса утихали, но ничего не происходило, пока всё не смолкло окончательно.

Лишь тогда, погодя еще несколько секунд, на сцене под взрыв оваций появилась женщина в алом платье — несомненно, сама герцогиня. Изящное треугольное лицо с большими выразительными глазами, сияющая улыбка — очень искренняя на вид, отметил Ульф, — и темные волосы, заплетенные в замысловатую причёску.

— Дорогие гости, — заговорила она приятным грудным голосом. — Я счастлива видеть каждого из вас, потому что вы — прекрасны. И вы, — она лёгким движением руки указала в ближний угол помещения, — и вы, и вы, и вы… Каждый, кто ценит прекраснейшие творения человеческого разума и пришёл сегодня воздать им хвалу. Истинных ценителей, таких, как мы с вами, немного. Может быть, кто-то, кто впервые в этих стенах, не поймёт и больше не вернется. Но кто-то, напротив, сегодня сделает выбор, — на этих словах герцогиня запнулась, — в пользу поклонения искусству. Выбор, который когда-то сделала я.

Публика вновь зааплодировала.

— Я сказала достаточно, — подвела черту герцогиня. — Теперь — пусть говорят мастера. Наслаждайтесь!

В этот же миг свет погас, и бурные возгласы неожиданности заглушили шаги герцогини по сцене.

Заговорил голос. Негромко, вкрадчиво — трагично.

Можно ль в словах передать человечества суть всю и душу?

Каждый мечтает поэт о таком достиженьи. Увы!

В вихрях пространства и времени, что посылает Лахесис,

Лик человека туманен, а дух заблудился меж звезд.