Погоня за тенью полностью

Я горда вам сообщить, что технология для превращения человека разумного в человека свободного от формы не только разработана, но и испытана по полному циклу. Для достижения нового состояния требуется лишь стандартная пересадка сознания — в новое тело, обладающее способностями к метаморфозам. Испытания показали полную безопасность и функциональность таких тел, в том числе совместимость с аугментацией.

Настало наше время. Новый человек на пороге — а с ним — и новая эпоха. Эпоха, которой суждено стать лучшими временами человечества. Приглашаю вас вступить в неё в первых рядах.

Да здравствует человечество!

Под звуки оваций голозапись растворилась в воздухе.

— Публика была покорена, — восхищенно проговорил Ульф.

— И я еще не демонстрировала образцы, — гордо ответила герцогиня.

— Должно быть, многие приняли ваше приглашение? — спросил Ульф.

— Из тех, кто собрался в этом зале — почти все. Я ведь не приглашала кого попало. Только тех, в чьём интересе я и так не сомневалась.

— А вы сами?

— Конечно, мне это было страшно интересно, — неторопливо сказала герцогиня. — Иначе почему бы я это начала?

— Вы преследовали высокие цели, — сказал Ульф. — Да и бизнес выходил неплохой. Почему-то я не подумал о том, что вы и сами хотели бы…

Герцогиня смерила его недоверчивым взглядом.

— Я хотела бы… да уж, очень хотела бы, — сказала она. — Именно поэтому я решила, что идея станет популярной. Разве вы не хотели бы?

— Это риск.

— Но разве не стоит он того? — герцогиня театрально взмахнула рукой. — Не знаю, как вы, а я бы всё своё состояние и титулы променяла на то, чтобы побыть… О, ведь в этом и прелесть — я могла бы быть кем угодно. Хоть Мэрилин Монро, хоть Жанной Д’Арк, хоть Иисусом Христом.

— Это ещё опаснее, — заметил Ульф. — Внимание к вам стало бы неприятно пристальным.

— Ну и что? Ликвита трудно определить, — она бросила многозначительный взгляд Ульфу, — уж вы-то, должно быть, знаете. Под одеяние Христа всё равно никто не заглянет, верно? Впрочем, даже это не выдало бы подделку. О, я бы попробовала! Хотя бы в порядке эксперимента.

— Быть может, всё же попробовали? — заговорщически спросил Ульф.

— Я? — с усмешкой переспросила герцогиня. — Милок, вы случайно не полицейский под прикрытием? Вы меня уже третий раз пытаетесь спросить, не ликвит ли я. Ведь если я скажу «да», это уже основание для ареста. Законы о ликвитах всё еще действуют на территории Лиги, не так ли?

— А вы интересовались, я вижу, — сказал Ульф.

— Еще бы, — Герцогиня гордо дёрнула подбородком, отчего её длинные серьги зазвенели, точно подвески хрустальной люстры. — Я каждый день надеюсь, что дело моей жизни — по крайней мере, одно из них — станет легальным в этой стране. Но увы!

— Увы… — вздохнул Ульф. — А как насчёт других держав?

Герцогиня прошлась по комнате, отвернувшись на несколько секунд к окну. Ульф понял: вопрос провокационный.

— Вы разбираетесь в космических кораблях, маркиз? — спросила она.

— Пожалуй.

— Тогда, должно быть, вы узнали те, что в моём представлении.

— Не скажу точно, — протянул Ульф, — но кажется, это осадные крейсера Транспасифики времён Войны за независимость. Эти носы…

— Эти носы всех ввели в заблуждение, — рассмеялась герцогиня. — Но никто не посмотрел на корпуса, увешанные блистерами и легкой артиллерией, без вакуумных экранов и прочего. Это крейсера Лиги, тип «Прометей». Ироничное название. Они принесли на землю очень много огня.

— У нас и такие были? — удивился Ульф.

— Первые несколько лет у вас только такие и были, — сказала герцогиня. — Конструкторы повстанцев просто немного изменили корпус типа «Кларк», добавили объема, уменьшили количество сложных деталей. Вот и вся разница.

— Кажется, я понял идею, — Ульф поднял палец вверх. — Вы намекаете, что Лига не очень-то отличается от Транспасифики.

— Все они одинаковые, — проговорила герцогиня. — По крайней мере, методы ведения войны точно такие же. Действенные, конечно. Ценой полного разрушения Транспасифики и ещё нескольких колониальных империй Лига сумела выжить и победить. Но на алтаре свободы сгорели десятки миллионов невинных жизней. И что самое трагичное — всех этих несчастных никто не хотел убивать. Таков принцип выживания. Убивай, пока не убьешь всех, кто тебе мешает, и будешь свободен. Не хватит сил — не будешь, и поделом. — Она покачала головой. — Ликвиты мешают Лиге, маркиз. Все мы понимаем, почему, хотя руководство Лиги боится даже заикаться о причине.