Отношения похожи на бескрайний океан. Многодневный штиль может в мгновение ока смениться безжалостным штормом со свирепыми волнами. Тогда я сорвусь мощным порывом ветра, а ты ответишь мне ударом грома. Засверкают молнии взаимных упреков, обидных обвинений. И затрещит по швам та самая посудина, которую мы назвали «нашей жизнью». Застонут все основы, что так рьяно обещали защищать. Затем наших ног коснется вода, проникшая сквозь бреши от словесных выстрелов во тьму. Мы утонем где-то на рассвете под первыми лучами солнца. В полнейшей тишине. И диком холоде…
И можно было бы поставить точку. Мертвецки бледную, ту самую, последнюю из совсем крайних. Но не сейчас. И не потом. Ведь это не о нас…
Мы все хотим быть взрослыми. Смотреть на мир спокойно и бесстрастно, засунув руки глубоко в карманы. Быть объективными и взвешенно решать проблемы. Но стоит нас столкнуть лбами, как тут же забываем обо всем. Уничтожаем друг друга через слезы, обидные слова и воспоминания. Как в детстве. Только забываем, что раны с каждым годом все дольше заживают, а шрамы остаются навсегда.
Но мы мудрее. Старше на десятки лет. Наш опыт станет крепкими стенами, надежно защитив от глупых ссор. Мы всё поймём по взгляду, мимолетному движению руки, несвойственному вздоху. Твои слова утихомирят мою горячую натуру, а я зажгу искру в тебе, если потухнешь. Мы всё пройдём плечом к плечу и не утонем. Рассвет же встретим улыбаясь. Пускай и в тишине.
Берегите тех, кто живет в ваших сердцах.
Я плохо помню ту зиму. Лишь отдельные фрагменты, вырезанные из общей кинопленки, распятые под увеличительным стеклом. Они потускнели, изрядно вытерлись. Кажется, тогда шел снег. Огромные белые хлопья кружили в воздухе, медленно засыпая город. Ты позвонил под самый вечер. Был немного взволнован, перескакивал с темы на тему, пока не заговорил о главном.
Через сутки мы уже летели на край света. В колючее морозное лето на берегу ледяного моря. Паспорт, немного смятых купюр и банковская карточка. Без багажа. Совсем. Даже в мыслях.
Никак не могу забыть лицо водителя машины, которую мы остановили на окраине города. До сих пор улыбаюсь от наших слов: «До ближайшего пляжа через спортивный магазин и какой-нибудь продуктовый» и его округлившихся глаз. «Сбежали, – признались, – из Москвы». Потому что захотелось чего-то особенного, но на деле – самых обычных вещей. И, конечно же, искренних эмоций.
Белоснежный пляж, заиндевелые водоразделы. И этот умиротворяющий шепот волн. На многие километры вокруг никого. Ни единой души. Только мы. Только наше молчание, утопающее в хрусте песка под ногами.
Ты первый забрал свой шезлонг и ушел на край утеса, чтобы раствориться в приближающейся темноте. А я так и остался сидеть у костра и медленно потягивать вино из пластикового стаканчика, наблюдая за безумством яркого пламени.
Сколько было произнесено слов тогда, я не знаю. Что-то вслух, многое читалось в глазах. Но помнишь наш последний разговор, когда я, разувшись, пошел вдоль берега по колено в воде? Важно только настоящее, здесь и сейчас. Этот самый момент. Потому что другого такого уже не будет. Никогда.
И какое-то время я так жил. Год, может быть, два выбрасывал из головы бесполезный мусор, наслаждаясь безоблачным мгновением. Но трясина повседневности притягательна своим обманчивым спокойствием. Шаг, один единственный, и тебя уже тянет на дно. Ты захлёбываешься неразрешимыми проблемами, навязанными переживаниями, ложными эмоциями.
Ты счастлив! Найди в себе силы признать это, отсечь все то, что мешает почувствовать легкость за спиной. Я говорю это не только тебе, мой друг, но и себе. Жизнь – чудесная вещь, особенно в преддверии Нового года. Пора уже наконец-то начать дышать свободно!
Сколько нужно времени, чтобы узнать человека? Хватит ли пятнадцати минут, чтобы пробиться сквозь стену заученных фраз, написанных накануне дрожащей рукой на листе бумаги, чтобы понравиться? Как распознать искренность в наигранных жестах и притворных речах, скрупулезно выверенных и отрепетированных перед зеркалом?
Здравствуйте! Меня зовут Артём, и я…
А кто, собственно, я? О чем рассказать, чтобы в пару предложений уместить тридцать лет жизни? Мне бы не хотелось бравировать сухими цифрами, вызывающими лишь зевоту. Кому нужны факты, когда каждый день таит в себе безумство неуловимого мгновения? Я закрыл бы глаза и рассказал про улыбки прохожих в дождливый день, про слезы старика у метро, растираемые кулаком по лицу, про взгляд спасенного от голодной смерти щенка… Но моих собеседников волновало другое.
Каждые пятнадцать минут рождался непревзойденный новый Я. Бизнесмен, архитектор, спортсмен… Богатый, успешный, одинокий… Девушки протягивали карточки с номерами телефонов в надежде узнать получше. Но стоило мне встать, как во взгляде незнакомок что-то менялось. Они замечали мои заношенные ботинки с заломами на носках, потрепанные края манжет рубашки, которые я умело прятал в надменной позе, скрестив руки. Интерес моментально угасал. По обоюдному согласию.
