– Во время поцелуев с Морисом и Клиффордом я видела их желание. Кстати, Клиффорд отлично целуется. – Я в принципе не лгала. Я предположила, что Клиффорд хорошо целуется, учитывая его успех у девушек, да и сама удосужилась попробовать… Конечно, я не слишком заинтересована в женихе, но последнее вовсе не означает, что он плох.
Ярость сверкнула в глазах Сантино. Он мог говорить что угодно, но ему претила мысль о том, что я целовала других парней.
– Ты не хочешь меня трахнуть, но начинаешь злиться, когда я говорю о поцелуях с мужчинами.
– Клиффи – не мужчина, он мальчик. Когда ты побываешь с настоящим мужчиной, то почувствуешь разницу.
– Ты забываешь о Морисе.
Сантино усмехнулся:
– И он не мужчина.
– А кто сказал, что я не была с кем-то еще, кроме Клиффорда и Мориса? – спросила я в отчаянии. – А Клиффорду плевать на наши традиции. Он и не надеется, что я буду ждать до свадьбы.
Лицо Сантино стало каменным.
– Ему повезло. – Затем его губы тронула ехидная улыбка: – Ты можешь делать все, что хочешь, но я больше не буду тебя целовать. Я усвоил урок.
Мне хотелось закричать от разочарования. Почему он настолько упрям?
Я решила попробовать иной – честный – подход.
– Я такая же послушная, как и ты, Сантино, но я хочу глотнуть свободы до того, как стану женой политика. Если Клиффорд развлекается, почему мне нельзя?
Сантино молча покосился на меня.
Я мечтала узнать, что происходит у него в голове.
– Ты бы предпочел, чтобы я развлекалась с кем-то другим?
– Твой отец просил меня защищать тебя, что я и делаю.
Я фыркнула:
– От секса.
Теперь Сантино таращился в телевизор.
Я встала, пожала плечами:
– Тогда я просто обойдусь без твоей помощи, как и в душе. – Повернулась, не дожидаясь его ответа, и направилась в свою комнату, не удосужившись закрыть дверь.
– Ты в курсе, где меня найти, если наберешься смелости.
Спустя секунду я услышала шаги, затем Сантино схватил меня за плечи и развернул лицом к себе.
Он сердито прищурился.
– Чего ты на самом деле хочешь, Анна? Чтобы я потерял контроль? Разум? Работу? Жизнь?
Голос Сантино был резким и низким, разжигая огонь в моем животе.
Он являлся самым сексуальным мужчиной, которого я когда-либо видела. Которого когда-либо желала.
– Я хочу, чтобы ты потерял контроль.
Сантино зарычал и оттолкнул меня, сделав два шага назад. Не прибавив ни слова, он вылетел из моей комнаты и захлопнул дверь.
Я закусила губу и закрыла глаза, слушая бешеное биение сердца. Золотая клетка доставляла мне мало удовольствия и еще меньше острых ощущений. Но провокации по отношению к Сантино… они всегда вдыхали в меня жизнь.
Следующие несколько дней я предоставила Сантино немного пространства и сосредоточилась на личном графике. Вот-вот должны были начаться первые вводные курсы, и мне хотелось убедиться, что у меня есть все необходимое. Еще я записалась на дополнительные курсы шитья. За несколько месяцев до переезда в Париж я уже брала уроки шитья у горничной, но мои навыки до сих пор были далеки от совершенства. Я знала: нужно работать усерднее, если я хочу понять, как создается одежда. Разве можно быть хорошим дизайнером, даже не умея самостоятельно кроить?
Сантино проводил время в своей комнате, а я оставалась в соседней спальне.
Но в итоге мы отправились пешком в секонд-хенд, где всем желающим продавали и швейные машинки.
– Моя мама шила, – сказал Сантино, когда мы купили старую модель машинки, которая явно требовала много ручной работы.
Меня охватило удивление. Он редко упоминал о семье, а если и говорил, то исключительно об отце. Я не знала, что ответить, совершенно застигнутая врасплох. Я думала, он будет хранить молчание еще несколько дней, чтобы наказать меня за провоцирующее поведение. Я же раздразнила его.
– Полезный навык.
Сантино лишь кивнул, между нами воцарилась тишина, пока он нес тяжелую машинку до дома. Когда мы стояли на тротуаре, ожидая, когда загорится зеленый свет светофора, к нам подошла группа монахинь.
Я отступила назад с легкой улыбкой. Сантино пропустил монахинь с враждебным выражением лица, как будто они лично его обидели.
– У тебя проблемы? – спросила я, когда мы наконец пересекли улицу.
Тротуары оказались невероятно узкими, поэтому мы были вынуждены шагать рука об руку, что меня, конечно, устраивало.
Итак, Сантино шел рядом со мной, мы находились в Париже, городе моей мечты.
Это все меньше и меньше походило на рабочие отношения.
– У меня нет проблем с монашками, – небрежно ответил он.
Кого он пытался обмануть? Я знала его много лет и видела его в худших и лучших проявлениях, хотя в основном в худших.
Разумеется, он лгал.
Поэтому я состроила постную гримасу и заявила:
– Точно. Ты приударил за монахиней, а она отказалась от твоих ухаживаний?
Я даже представила себе подобную ситуацию. Сантино – из тех парней, которые осмелятся на такое просто ради развлечения.
Он с отвращением скривил губы.
– Зачем мне приставать к монахине?
– Острые ощущения от охоты и желания вкусить запретный плод? А может, из злости? Или даже от скуки?
– С тех пор как ты появилась в моей жизни, я забыл о скуке.
Я одарила его дерзкой ухмылкой:
– Спасибо.
