Сергей пребывал в ошалевшем болезненном состоянии, и все его проблемы – Вика, Эрик, “Виртуальная могила”, отсутствие работы, Рэйчел, Вадик, особенно Вадик – скрыла пелена паники и радостного возбуждения. Он умудрялся игнорировать тот факт, что Седжян была девушкой Вадика и они расстались всего два месяца назад, а этичность того, что Сергей уже трахается с ней по скайпу, как минимум вызывает сомнения. Как-то после звонка Седжян он часы напролет лежал неподвижно на диване, с макбуком на коленях, ничего не делая, просто раздумывая, скорее даже грезя, выхватывая детали того, что только что произошло, словно пытаясь поймать их и запереть понадежнее. Гневный звонок Рэйчел выдернул его из забытья. Очевидно, они назначили встречу, и Сергей совершенно об этом позабыл.
– Что стряслось? Ты заболел? – все спрашивала Рэйчел, но в ее голосе не было заботы, только злость. А со злостью иметь дело проще, чем с заботой. Он сказал, что встретил другую.
На следующее утро Седжян не ответила на звонок. Он оставил несколько сообщений. Она не отозвалась. Через три дня Сергей написал: “Ты в порядке? Я волнуюсь”. Еще через день пришел ответ. Седжян говорила, что у нее все хорошо, но она “в замешательстве” от их отношений. “Ты хочешь все закончить?” – спросил он. На этот раз ответ пришел сразу: “Да”.
Работать после этого было трудно, трудно заставить себя сосредоточиться, но Сергей понимал, что в работе его спасение, поэтому окунулся в нее с еще большим рвением.
Где-то через неделю после того, как закончился их виртуальный роман, наступил час расплаты. Сергей как-то вечером изучал содержимое почти пустого холодильника, когда в дверях возник Вадик с айфоном в руках. Он выглядел скорее озадаченным, чем злым, но Сергея толкнуло страшное предчувствие, что разговор будет о Седжян.
И точно.
– Смотри, – сказал Вадик. – Здесь написано, что я разговаривал с Седжян 18 декабря. Я с ней не разговаривал. Это ты?
Вадик явно ждал какого-то невероятного объяснения. Но его не последовало.
– Да, мы поговорили, – признал Сергей. – Она звонила спросить, может ли тут остановиться ее брат. Прости, я забыл тебе передать.
– Ее брат остановится тут? У меня? Или мне, может, освободить квартиру, чтобы он расположился получше? Эта девица вконец обнаглела!
Сергей вынул подвявший латук, пару помидоров и огурцов.
– Я сделаю салат, ты будешь?
Вадик кивнул. Он уселся на шаткий барный стул, который, казалось, вот-вот под ним рухнет, и положил телефон.
Сергей достал доску и принялся нарезать помидоры. Не самое простое занятие, особенно под пристальным взглядом Вадика.
– Помидоры надо сначала пополам разрезать, – сказал Вадик. – И возьми лучше нож с зубцами.
Сергей вынул нож с зубцами.
– Но только не огурцы. Никогда не бери нож с зубцами для огурцов. Их тоже надо сначала разрезать пополам.
Сергей ответил красноречивым взглядом, и Вадик снова уткнулся в телефон. Он выглядел нелепо в этой крохотной кухоньке, восседая на крохотном стуле. В белом свитере, с копной белокурых волос, он выглядел как огромный глупый попугай в клетке. Чего Сергей не выносил, так это готовить при ком-то еще. Вика всегда уходила с кухни, когда он готовил. Не то чтобы он делал это так уж часто. Но мог соорудить салат из огурцов и помидоров и отменный омлет. Секретом были остатки нарезок из
– Нет, правда, – говорила она. – Надо поучаствовать в конкурсе с твоим омлетом.
Печально, что у Вадика не водится каких-нибудь остатков. Или яиц. На мгновение Сергея кольнула тоска по Вике, но потом он вспомнил Седжян, и тогда кольнула тоска по Седжян.
– Нет-нет, это масло с розмарином, оно не годится. Возьми из большой бутылки.
Сергей поставил на место розмариновое масло и взял большую бутылку.
– Погоди, – сказал Вадик, и Сергею захотелось заехать большой бутылкой ему по башке. – Погоди. Тут написано, что разговор длился два часа восемь минут. Вы же не могли два часа обсуждать брата Седжян?
Сергей перестал перемешивать салат. Он знал, что так или иначе Вадик докопается до сути. А суть этого – тот факт, что у него был роман с бывшей девушкой лучшего друга – вдруг показалась крайне неприятной, крайне отталкивающей. Он все время уверял себя, что это не имеет отношения к Вадику, что это касается только его и Седжян, а Вадик тут ни при чем. И теперь он впервые осознал, что для самого Вадика Вадик очень даже при чем.
Сергей откашлялся и сказал, что они с Седжян поговорили.
– О чем поговорили? Вы говорили обо мне? – напирал Вадик.
Это предположение оскорбило Сергея. Как это характерно для него – считать, что им больше не о ком поговорить, кроме как о нем – такая захватывающая тема.
– Нет, о моем приложении, – ответил он. И очень напрасно.
– О, как мило! Вы обсудили твое замечательное, супервыдающееся приложение! Твое гениальное приложение! Седжян так понравилась твоя идея, я помню. Она считает его “смелым и дерзким”.
