Все замки заперты, упоры установлены. Я оказался полностью обездвижен в пилотской капсуле, прижатый со всех сторон ремнями и гелевыми подушками. Получалось только немного шевелить кончиками пальцами в перчатках. Со включенными противоперегрузочными системами скафандра все равно не получилось бы управлять никакими ручками или клавиатурой. Но именно для этого мы учились использовать симфонию.
Даже речевые сигналы Тууоку я передавал через нейроинтерфейс - еще когда мы готовились забраться в капсулы, скафандр заполнил легкие дыхательной жидкостью - испытания показывали, что эту процедуру следует проводить под контролем наблюдателя. Грудной клеткой, теперь сильно потяжелевшей, за нас двигали наши скафандры.
"Соединение с системой в режиме: полный двусторонний контакт."
- Теперь уже не долго осталось. Начинаем проверку систем.
- Начинаем.
Проверка, перепроверка, и еще раз перепроверка. Топливная система, двигатели, система симфонии, полетные программы, навигатор, снаряд - все в норме, все по плану.
- Машины четыре и пять подтвердили начало дублирующего маневра по координированному времени. Задержка связи - машина пять сорок минут, машина четыре семьдесят минут.
Машина четыре сейчас была на подходе к апогелию Памяти, оттуда роевик дойдет до мира меньше чем за сотню дней. Я не хотел слишком много думать о дублирующих системах, чтобы не позволить себе расслабиться. Но сейчас была последняя возможность рассчитать риски. Если ни один из перехватчиков не выполнит миссию, отдел перехвата попробует экстренно запустить лазерный тормоз. Дальше - только ракеты, но им придется встречать роевик влет, на запредельной скорости, когда электроника может не успеть сдетонировать заряд вовремя, кроме того, рассеивающееся облако осколков может зацепить Мир даже если основное тело роевика пройдет мимо.
- Нарушений нет, готов к запуску симфонии.
- Нарушений нет, готов к запуску симфонии.
- Принято. Начинаю погружение, - ответила машина.
Мы в пути. Падаем на Солнце - с точки зрения небесной механики, по крайней мере. На самом деле Солнце отсюда едва видно. Это все еще самая яркая звезда, видимая нам, но уже просто одна из звезд. Чисто технически мы не первые люди, которые зашли так далеко, но ощущалось это именно так. Мы на самой окраине Солнечной Системы, в абсолютной пустоте. Даже исследовательские спутники за всю историю так далеко летали не больше десяти раз. Черный космос, настолько безразличный людям, насколько он может таковым быть. Но мы не одни. Вот они, другие машины, я вижу их на карте. Между нами есть связь - сигнал идет долго, но мы постоянно получаем и отправляем обновления информации друг о друге. Сеть машин межпланетного масштаба, раскинувшаяся на четверть солнечной системы, щит человечества, стражи во тьме, защищающие дом от древнего ужаса из глубин космоса.
Я почувствовал, как мои чувства плавятся и сливаются в единое понимание. Мое тело исчезло, и теперь меня окружал чистый космос, раскрашенный всеми цветами электромагнитного спектра, всем невидимым нам светом. Теперь я мог различить нашу цель так же ясно, как ее чувствовали датчики машины - космическое чудовище догоняло нас на полной скорости.
- Тууок? - сказали мы в пустоту, надеясь, что мысли дойдут до второго человека.
- Мы слышим.
- Согласны. - Вычурные выражения типичны для первых мгновений симфонии. Кажется, что ты стал чем-то б*о*льшим. И все же объединяться с машиной вдвоем все еще было ново. Если подумать, это ведь парадокс - каждый из операторов объединен с одой и той же машиной, и все же Яноа и машина - это не та же самая личность, что Тууок и машина, хотя мы оба чувствуем одно и то же и ощущаем себя одним и тем же. Мысли казались вязкими, тянущимися, хотя мы знали, что на самом деле наша реакция многократно ускорена. Мы специально тренировались вычленять смысл из массивов данных, которыми снабжали нас датчики и компьютеры машины. Отдельный мета-ИИ динамически выносил долго обсчитывающиеся процессы на центральный компьютер или цифровые модули мозга, создавал нейронные шунты и реинтерпретировал ждущие обработки задачи для их восприятия наименее загруженными участками коры.
- Скажи мне... кто придет из тьмы? - Интересно, он сам знал ответ? Похоже, с Тууока все никак не спадала эйфория входа в симфонию.
- С ты... с тобой все нормально? С тобой, с Тууоком. Мы должны отправить отчет домой и ждать времени на импульс.
- Вопрос в том, необходимо ли это? Ведь мы уже не там, и мы уже не они. - Плохо. Включить в отчет: аномалии поведения одного из элементов симфонии.
- Аномалии? Это вопрос формулировок.
- Тууок, ты слышишь? Ты все еще помнишь, что рано или поздно тебе придется отключиться от симфонии? Ты помнишь, что мы в открытом космосе? В нескольких слоях жизнеобеспечения. Если мы хотим выжить, нам придется возвращаться. Но прежде нам нужно заняться нашим роевиком. Приходи в себя. Это всего лишь симфония, ты не первый раз ее испытываешь.
