– Обещаю. Если окажется, что я солгал, пусть Преисподняя заберет меня, – отвечает Гермес.
Потираю нос, поражаясь его хитрости. Он действительно худший адвокат в мире! Аид высвобождается из ласкающих объятий супруги и встает перед нами, одним глотком допивая виски. Инстинктивно отпускаю руку Гермеса.
– Я буду следить за вами обоими, – предупреждает он. – Воздержитесь от совершения глупостей.
Обнаруживаю себя лежащей в своей комнате. Внутри меня бурлят эмоции. Я увидела сестер. Гермес снова здесь. Геката не бросила меня. Моя судьба неопределенна, но Гермес рядом. Я испытываю влюбленность, как в подростковом возрасте, но это уже не имеет смысла! Его тело, прижимающееся к моему во время падения, широкие плечи, бедро, трущееся о мою промежность…
Со стоном прячу голову под одну из подушек. Он только что пережил ужасное испытание, сокрушительное противостояние с отцом, а я хочу его. Я фантазирую о его горячем теле! Это последнее, о чем я должна думать!
Выпрямляюсь, удивленная. Он стоит в перистиле сада. Вскакиваю на ноги. Гермес снял галстук и пиджак, выглядя более непринужденно в рубашке и жилетке, Кадуцей приколот на обычном месте. Его улыбка заставляет мое сердце биться чаще. Подбегаю к нему, но он быстро вытягивает руки перед собой, чтобы остановить меня.
– Подожди. Не здесь, не под крышей дяди.
– Здесь нет никого, кроме нас, – возражаю я, озадаченная.
– Не стоит недооценивать Невидимого.
Мои плечи опускаются. Но он прав, я и так была неосторожна с капсулами.
– Извини за сообщения. Не думала, что Зевс их прочтет, – признаюсь я, отводя взгляд.
– Мне удалось успокоить его после первого, а потом в разгар беседы появилось второе. Мало того, что отец набросился на меня, я только и видел, как вы с Танатосом занимаетесь
Я бледнею. Я хотела заставить его ревновать, но не ожидала, что письмо попадет в руки Зевса. Снова чувствую себя виноватой.
– Извини.
– Он тебя привлекает?
Не хочу вспоминать извращенного наслаждения, когда смотрела на Танатоса через окно.
– Нет! Ты пропал на три дня, а мое время здесь сочтено! Я была напугана!
Неуклюжее, но откровенное объяснение, похоже, его удовлетворяет. Его напряженные черты расслабляются.
– Извини, что задержался, – говорит он с трагической иронией, которая меня не смешит.
– Мне не следовало идти на почту, – с сожалением говорю я.
– Диспуты тебя не обескуражили, – весело замечает он.
– Почему ты доверил им эту должность? Место находится в упадке из-за них.
Он засовывает руки в карманы и пожимает плечами.
– Никто не хочет им ничего доверять. По крайней мере, у них есть занятие.
Почему я раньше не замечала его доброе сердце? Тронутая, одобрительно киваю.
– В любом случае, с ними или без них, почтовое отделение находилось бы в таком состоянии. Мало кто пользуется капсулами – добавляет он.
– Тогда зачем вы добавили эту услугу?
– Это часть реформы 80-х. Она должна была открыть Подземный мир для посетителей, но ни один бог не захотел здесь побывать.
Тем не менее, Диспуты дружелюбны, несмотря на их постоянные споры. Может быть, поэтому я благосклонно к ним отношусь. По правде говоря, они мне нравятся сарказмом и отношением между жестокостью и откровенностью. Гермес приложил к этому руку, что делает его еще более привлекательным в моих глазах.
– А как насчет тебя? – спрашиваю я. – Как твои дела?
Замечаю собственное отражение в серебристых глазах Гермеса.
– Это не первый всплеск гнева, свидетелем которого я становлюсь.
Это почти правда. Возможно, он не готов признать страх обидеть или предать отца. Все, о чем я могу думать, – поднятая рука. Зевс ударил сына и собирался направить на него молнию.
– Тебе не следовало говорить ему обо мне, ты только спровоцировал его.
– Мне кажется, у меня была уважительная причина.
Должно быть, я заметно покраснела, прикусив губу, чтобы не улыбнуться. Мне очень приятно слышать от него такие слова, но все же это слишком безрассудно даже для бога тысячи фокусов!
– Прекрати, – ворчу я.
– Что? – спрашивает он, пожирая меня глазами.
– Прекрати так на меня смотреть, мы не можем ничего сделать, ведь мы… застряли!
Он делает шаг вперед.
– Здесь, да. Но в городе… – намекает он.
Сердцебиение ускоряется. Кровь покалывает кончики пальцев, кружит голову и щекочет низ живота. Я точно знаю, где мы можем встретиться.
– Встретимся на площади перед почтой?
Гермес кивает и исчезает.
