| "Are ye still wearied?" he asked again. | - Что, не отдышишься никак? - снова обратился он ко мне. |
| "No," said I, still with my face in the bracken; "no, I am not wearied now, and I can speak. | - Нет, - ответил я, все еще пряча лицо в папоротниках, - нет, уже отдышался, могу говорить. |
| You and me must twine,"* I said. | Надо нам расстаться. |
| "I liked you very well, Alan, but your ways are not mine, and they're not God's: and the short and the long of it is just that we must twine." * Part. | Очень вы мне полюбились, Алан, да повадки ваши не по мне, и не по-божески это у вас: короче говоря, надо нам с вами расставаться. |
| "I will hardly twine from ye, David, without some kind of reason for the same," said Alan, mighty gravely. | - Навряд я с тобой расстанусь, Дэвид, прямо так, безо всякой причины, - очень серьезно сказал Алан. |
| "If ye ken anything against my reputation, it's the least thing that ye should do, for old acquaintance' sake, to let me hear the name of it; and if ye have only taken a distaste to my society, it will be proper for me to judge if I'm insulted." | - Ежели тебе что-то ведомо, что пятнает мое имя, то по крайности, старой дружбы ради, полагалось бы объяснить: так, мол, и так; а если тебе просто-напросто разонравилось мое общество, тогда уж мне судить, не оскорбление ли это. |
| "Alan," said I, "what is the sense of this? | - Алан, к чему это все? - сказал я. |
| Ye ken very well yon Campbell-man lies in his blood upon the road." | - Вам же отлично известно, что на тропе, в луже крови лежит тот самый ваш Кемпбелл. |
| He was silent for a little; then says he, | Он помолчал немного, потом заговорил опять: |
| "Did ever ye hear tell of the story of the Man and the Good People?"--by which he meant the fairies. | - Не слыхал ты когда байку про Человека и Добрый Народец? - Я понял, что он говорит о гномах. |
| "No," said I, "nor do I want to hear it." | - Нет, - сказал я, - и слышать не желаю. |
| "With your permission, Mr. Balfour, I will tell it you, whatever," says Alan. | - С вашего дозволения, мистер Бэлфур, я всетаки вам ее расскажу, - сказал Алан. |
| "The man, ye should ken, was cast upon a rock in the sea, where it appears the Good People were in use to come and rest as they went through to Ireland. | - Выбросило, стало быть, человека на морскую скалу, и надо же так случиться, чтобы на ту самую, какую облюбовал себе добрый народец и отдыхал там всякий раз по пути в Ирландию. |
| The name of this rock is called the Skerryvore, and it's not far from where we suffered ship-wreck. | Называют скалу эту Скерривор, и стоит она невдалеке от того места, где мы потерпели крушение. |
| Well, it seems the man cried so sore, if he could just see his little bairn before he died! that at last the king of the Good People took peety upon him, and sent one flying that brought back the bairn in a poke* and laid it down beside the man where he lay sleeping. | Ну, давай, значит, человек плакать: "Ах, только бы мне перед смертью ребеночка своего повидать!" - и так это он убивался, что сжалился над ним король доброго народца да и велел одному гномику слетать, принести малыша в заплечном мешке и положить под бок человеку, пока тот спит. |
| So when the man woke, there was a poke beside him and something into the inside of it that moved. | Просыпается человек, смотрит, рядом мешок, и в мешке что-то шевелится. |
