– То есть теоретически, можно предположить, что и у Иржи был мотив для кражи? Хотел стать истинным вампиром, чтобы отомстить убийце?
– Сомнительно. Одного медальона мало, для инициации нужен специальный и довольно сложный в исполнении ритуал. Иржи не справился бы в одиночку.
– Думаешь у него есть пособники?
– У такого махрового одиночки? Вот уж вряд ли…
– Но, если вы говорили, что у артефакта есть и иные свойства… Может он работать в другую сторону? Например, не только обратить человека в вампира, но и наоборот превратить вампира в человека. Тогда, теоретически, Иржи может добраться до убийцы отца таким вот путем…
– А что… Неплохая версия… Ничем не хуже других.
– Надо, в конце концов, все же переговорить с Максом о дополнительных свойствах артефакта, а то без точных сведений о пропавшем медальоне, все наши предположения не более эффективны, чем гадания на кофейной гуще!
– Вот это зря ты так… – вмешалась Мери, – Я немного гадать умею, так по узорам кофе на дне кружки… если выбрать правильную фазу луны, да в словах ни разу не сбиться… можно много чего разглядеть.
Анчут оглянулся на домовичку, чтобы высказать ей все, что он думает о ее методах гадания, но увидев голубые наивные глаза и смущенные ямочки на щеках, только рукой махнул.
Они прекратили разговор и принялись опять за сбор снега. Когда ведерко наполнилось, пошли обратно в дом. Еще с порога Нина услышала громкие взволнованные голоса. Что-то случилось на кухне. Все сразу, даже не разуваясь и не снимая курток, бросились туда.
Возле плиты, прямо на полу без сознания лежала Берта. Лицо ее было мертвенно-бледным, глаза закрыты и только слабо вздымающаяся при дыхании грудь свидетельствовала, что женщина жива.
Возле Берты на коленях стояла Марго, не зная что предпринять. Искусственное дыхание она делать не умела, да и поможет ли оно в данном случае? Трясти женщину Марго не решалась. Только трогала ее за лицо и называла по имени, прося очнуться. Кэт громким истеричным голосом рассказывала дворецкому, Генри и Григорию, что произошло. Макс чуть поодаль ходил быстрым шагом в одну и другую сторону, прижимая к уху мобильный телефон. Губы его были сосредоточено сжаты, он молчал, видимо, ждал, пока ему ответят.
Быстро окинув взглядом обстановку, Нина громко спросила:
– Что случилось?
Никто не успел ответить. Домовичка, отшвырнув ведро со снегом, кошкой бросилась к полкам с травами. Быстро перебирала их пальцами, ненужные роняя прямо на пол, не заботясь об их дальнейшей судьбе.
Все присутствующие следили за ее действиями. Мери была так сосредоточена серьезна, что каждый понимал: она знает, что делает.
Тишину нарушил голос Макса, которому, наконец-то ответили по телефону:
– Алло, скорая? Выезжайте быстрее, здесь женщине плохо, она без сознания…
Все собрались в гостиной. Расселись на диванах, на креслах, на ступеньках парадной лестницы. Сидели и молчали. Тревога и уныние набирали мощь и с удобством воцарялись в доме, занимали все свободное пространство, вытесняли праздничное настроение и позитив. Недавно уехала скорая. Врачи осмотрели Берту, пришедшую в сознание от домовичкиных трав. Ей измерили давление, сделали кардиограмму, взяли кровь на анализ и предложили поехать в больницу, чтобы провести полное обследование.
Берта отказалась наотрез. Сказала, что чувствует себя намного лучше, просто у нее закружилась голова. У нее так бывает. Все-таки возраст уже немолодой, в последнее время было много волнений и стрессов и так далее и тому подобное… Всем было видно, что врачи в такие объяснения не поверили, но сделать что-либо без согласия на то пациента – не могли. Берта заверила медиков и всех присутствующих, что после праздников она обязательно обратится в самую лучшую клинику, проконсультируется со всеми специалистами и пройдет необходимое лечение, если таковое ей назначат. Хоть и уверена, что ее обморок – это результат обычного переутомления.
Врачи уехали, а Мери взяла под руку Берту и увела ее в комнату отдыхать.
Как только дверь за ними закрылась, и за ней смолкли голоса, Нина спросила у Марго и Кэт, сидящих перед ней на диване:
– Пожалуйста, расскажите, что произошло с Бертой на кухне. Вы же там присутствовали?
– Так никто толком ничего не понял, – растерянно ответила ей Марго. – Берта стояла возле плиты, готовила обед. Я подошла к ней сзади, хотела спросить про ромашковый чай. Может быть, я приблизилась слишком тихо, или Берта задумалась и не услышала шагов за спиной. Но мой голос сильно ее напугал. Она вздрогнула, излишне резко обернулась… Но ничего даже сказать не успела. Внезапно ее глаза закатились, она пошатнулась и упала бы, разбив голову, но я успела подхватить.
– У нее были какие-то проблемы со здоровьем? Она болела? – Нина вопросительно посмотрела на Макса.
Тот растерянно покачал головой и обернулся на Иржи за поддержкой. Дворецкий выглядел очень расстроенным и озабоченным. Верно истолковав вопросительный взгляд вампира, он ответил смущенно: