– Потом расскажете, чем дело кончилось, – Джон, видимо, сообразил, что мне теперь известна истинная версия событий, отличающаяся от всех предыдущих предположений.
Без стука я распахнул тяжёлые парадные двери особняка. Броуди обнаружился за деревянным столом посреди гостиной, восседая, словно мрачное изваяние в старинном склепе. Прямой взгляд с нотой обречённости, никаких признаков удивления – этот человек явно ожидал нашего прихода и теперь готов к своей участи. Больше с ним проблем не будет.
– Вы уже обо всём догадались? – глухой голос: скорей констатация факта, нежели вопрос. – Я не гадаю, – отрезал я. – Вы здорово запутали мне карты. Но теперь вся картина событий мне известна. – Я не смог предотвратить несчастья. Даже предположить не мог, что... Я лишь пытался защитить родного человека, – устало признался он.
Казалось, что с нашей последней встречи Броуди постарел на десяток лет, превратившись в измученного жизнью старика. Говоря поэтичным языком, невероятная тоска отпечаталась на его благородных чертах. Я даже ощутил секундную крупицу жалости к нему.
В наступившей паузе Роксана обескураженно переводила взгляд с меня на отца:
– Надеюсь, вы не пытаетесь сказать, что папа причастен к случившему с Дэнни? – Ваш отец невиновен, – заверил я девушку. – Я бы предпочёл обратное, – тяжко вздохнул Броуди. – Какого чёрта вы заперлись от меня вчера? Не собирался я вас убивать! – И поэтому прострелили дверь, устроив пожар, что мы чуть не погибли? – холодно поддела его Молли. – Я хотел помочь, как бы ни парадоксально это прозвучало. Ведь я ранил мистера Ватсона. Я понятия и не имел, что из-за моей попытки сгоряча открыть дверь, загорелась жидкость для камина.
Убитый тон, сморщенный лоб и опущенные губы – скорбь и раскаяние Броуди истинны.
– Защищая интересы близкого человека, вы заварили кашу лжи, в которой сами не способны разобраться. – Я просто запутался. – Так я помогу положить этому конец, – заявил я почти грубо.
В этот момент наш разговор прервался скрипом двери:
– Отец, что за странный э-мейл мне пришёл от тебя? Какое срочное дело? – Чуть надменный высокий голос, растягивающий слова. – Это я отправил, – быстро проговорил я, оборачиваясь к вошедшей женщине.
Хакнуть электронный ящик Адриана было несложным делом.
– Присаживайтесь, мисс Броуди*.
Игра начинается.
Женщина застыла в дверях, увидев всю компанию.
– Присаживайтесь?! Это вы мне в моём доме говорите? Да после того, как едва не спалили его? – Уймись, Кира! – выкрикнула Роксана, начинающая понимать, к чему клонилось дело. – Объясните-ка всем лучше, что это?
Я поставил на стол пузырёк бесцветного лака для ногтей.
– Мой лак.
Замешательство на лице. Кира повела плечами и медленно села опустилась на стул.
– Великолепно. А это?
Я выложил рядом со стеклянной бутылочкой полиэтиленовый пакет с ворсинкой из лаборатории и пару перчаток из мастерской Броуди.
– Понятия не имею. К чему этот фарс?
Чересчур резкий тон, тень волнения, отрицание очевидного – признаки страха.
– Это пара новеньких перчаток из мастерской вашего отца. Те, которыми пользовались вы, наверняка уже уничтожены, однако одна деталь всё же сохранилась. – Что за бессмысленный спектакль? Отец, почему ты не выставишь их вон?
Уже неприкрытый страх и враждебность.
– Ну, к этому мы ещё вернёмся. А теперь попробуйте включить воображение и ответьте на мне вопрос.
Начинается основная партия. Обычно я обожаю эту часть, но сейчас отчего-то я не испытывал былого энтузиазма.
– Кто, по-вашему, надоумил директора школы Дэнни позвонить инспектору Макбрайту, в результате чего нас выставили из особняка? Сегодня у меня был с миссис Дэвидсон весьма интересный телефонный разговор. Далее, – язвительно продолжил я, не дав Кире раскрыть рот. – Чьё волокно зацепилось за корпус будильника, найденного в злополучной каминной трубе, когда его переводили на час назад, чтобы преступление попало в интервал слежки соседа? Кто отправил меня и Джона к Найджелу Крикси, зная, что его информация обеспечит виновнику алиби? Кто пытался уверить нас, что целью покушения являлась Роксана, и пустил по ложному следу разыскивать её бывшего бойфренда? И кто, наконец, самолично связался с инспектором Макбрайтом и натравил его на нас, после того, как узнал о пожаре? Смелый шаг, если учитывать, что преступник сам был на волоске от разоблачения. Хотя, это скорее жест отчаяния.
Гробовая тишина, прерываемая лишь злобным дыханием Киры.
– Напрягите память, – напомнил я шутливо-издевательским тоном. – Вы сами признались, что раздумали подавать на соседа в суд, только вот про причину солгали – на самом деле вы решили, что Крикси в один прекрасный момент сумеет вам пригодиться.
Кира вобрала в лёгкие воздух:
– Пошли вон!!! – Глупо, мисс Броуди. И бесполезно. Вы раскрыты. – Вы никогда не сможете доказать! – срывающийся от отчаяния визг. – Вообще-то смогу.
Я поднял пакет с волокном.