– Я дождусь, когда ты скажешь «да», – Шэнь коснулся рукой ее щеки.
Красные губы Чживэй растянулись в улыбке. Чтобы понять, как победить Шэня, нужно было узнать, чего он желает с наибольшей страстью. Империя уже у него в руках. Тогда что же это? Сама Чживэй? Он уже желал ее однажды, но это не помешало ее убить.
Дверь приоткрылась, и вошел Хэлюй, не удосужившись даже скрыть свою привычную враждебность. Его взгляд скользнул по Чживэй, и она едва заметила, как уголки его губ дернулись в сдержанном презрении.
– Копии переписки Истинной восьмой Чжао Сюин готовы, – отчитался он.
– Мне нужно ненадолго отлучиться. – Шэнь посмотрел на Чживэй, его взгляд смягчился. – Давай я провожу тебя…
– Не стоит, – обронила она, улыбаясь. – Хочу побыть немного с Мэйцзюнь. Я и сама найду дорогу.
Шэнь задумался, но в конце концов кивнул, не желая перечить.
Алые ленты, украшающие комнату, несмотря на ворвавшийся в дворец ветерок, замерли в неподвижности, как застывшие капли крови на ткани.
Прогулка в одиночестве получилось короткой. Едва Чживэй зашла в коридор между дворцами, как путь ей преградила женщина.
Волосы ее, необычайно белые, словно первый иней, были собраны в сложную прическу, украшенную тонкими серебряными заколками. Высокие скулы, пухлые губы, прямой нос. Даже не зная, кто это, было не так сложно догадаться.
Глаза женщины, холодные, как весенний лед, встретились со взглядом Чживэй. Не спросив разрешения, та взяла ее под руку.
– Прогуляйтесь со мной, – прозвучал ее низкий голос. – Женщины должны держаться вместе, разве не так?
Это было неожиданно интересно. Сестра Чжао Шэня Чжао Сюин нашла ее и желала о чем-то побеседовать.
Чживэй коснулась внутренней силы, как бы проверяя, что та на месте. Она забурлила, заурчала в ответ.
– Как ты узнала обо мне? – Чживэй опустила всякие приличия: политическая вежливость ей была ни к чему.
Эти светлые Империи Чжао пытались навязать ей свою игру с момента ее попадания в этот мир, и она просто больше не собиралась с ними играть.
Женщина приподняла уголок губ, не удостоив вопрос прямым ответом.
– У меня есть свои способы.
Хэлюй бы никогда не предал Шэня, значит, это был кто-то другой. Лекарь? Алхимик? Впрочем, ей разницы не было. Единственное, что она отметила: похоже, власть Шэня все еще не устойчива.
– Что ж, мы гуляем, – Чживэй сделала несколько нарочито громких шагов вперед. – Но не могу представить, зачем нам следует говорить.
Чжао Сюин мягко, но уверенно направляла их прогулку, ее шаги были легкими, будто она ступала не по каменной дорожке, а по лесному мху.
– Наверное, вы думаете, что я высокомерная и холодная, – на губах Сюин заиграла понимающая улыбка. В ее глазах плескались мудрость и понимание, гипнотизирующий коктейль из сочувствия и поддержки.
На мгновение Чживэй даже подумала, что, возможно, из всего помета Чжао именно сестра не так уж и плоха.
– Нет, – ответила Чживэй. – Я о вас не думаю.
Сестра Шэня удивленно вскинула брови, ее взгляд скользнул по Чживэй, будто она оценивала не только слова, но и человека, который их произнес.
– Вы и правда не такая, как остальные.
– А вы именно такая, какой я вас себе представляла, – вздохнула Чживэй. – Полагаете, что мне есть дело до ваших интриг. Полагаете, что можно меня в них использовать? Или хотите найти союзницу? Или пытаетесь прощупать мою силу? Любая из этих причин мне безразлична. Как и любые ваши склоки светлых.
Чживэй расцепила их руки, делая шаг в сторону.
– Так что хватит витиеватых фраз. Говори прямо, зачем ты здесь.
Сюин кивнула, как будто соглашаясь со справедливостью этих слов.
– Я считаю политику против темных не просто ошибочной, а преступной. Трудовые лагеря… – Она поморщилась, будто само слово оставляло горький привкус на языке. – Мерзость. Я всегда так думала, но не могла выступать резко против. Женщине в кругу власти непросто, Лю Чживэй. Каждое мое слово могут перевернуть, назвать истерикой.
Чживэй чуть приподняла бровь, хотя уже понимала, к чему идет этот разговор.
– Мне просто хотелось, чтобы вы это знали.
Что ж, ясно одно: если Сюин не ищет в ней союзницу, то, по крайней мере, пытается убрать ее из числа врагов.
– Чем же вам не угодил Шэнь? Он ведь придерживается этой политики.
Уголки губ Сюин поднялись, на мгновение она напомнила Шэня, когда они только встретились: обаятельного и полного самоиронии.
– Вы заблуждаетесь, Лю Чживэй. Вы думаете, что я стремлюсь к власти ради влияния. Это не так. Я считаю, что мой брат удивительный и обладает блестящим умом. Но у каждого наступает момент, когда больше невозможно притворяться кем-то другим. Он хотел трон – любой ценой, и он получил его. Но хочет ли он быть Императором? – Она задумалась на мгновение, будто сама искала ответ. – В конце концов, всем нам хочется доказать своим родителям, что мы способны на большее.
То есть Сюин полагала, что для Шэня трон лишь способ свести счеты с отцом? Возможно, она права. Шэнь не выглядел счастливым.
Тогда Чживэй кивнула.
– Слова опали на землю, – холодно подтвердила она, что услышала.
Между женщинами повисло короткое молчание. Затем они разошлись в разные стороны.
