Мой взгляд привлек шрам на его животе. Всего лишь белая линия на загорелой коже – одна из многих отметин, борющихся за внимание посреди татуировок, – но она хранила память о тяжелейшем моменте в моей жизни.
Невио ненавидел Амо.
И даже если Амо не говорил ничего открыто, он чувствовал то же самое по отношению к моему брату. Как я могу объединить этих двоих? Или, по крайней мере, не заставить их желать расправиться друг с другом?
Невио проследил за моим взглядом, и его губы растянулись в ехидной улыбке.
– Это последний шрам, который мне нанес Витиелло.
– Невио, ты можешь уделить мне несколько минут? – Я сжала руки в кулаки, не зная, как начать.
Было трудно говорить с мамой, но беседа с ней – ничто по сравнению с тем, что мне предстояло именно сейчас. Диалог с папой тоже будет нелегким, однако реакция Невио пугала меня больше.
Невио мигом ринулся ко мне, коснувшись моих плеч.
– Что случилось?
Беспокойство в его голосе всегда согревало мое сердце, потому что подобное не присуще характеру Невио.
– Ты же знаешь, что я люблю тебя, верно?
Невио нахмурил темные брови, замешательство в его глазах смешалось с настороженностью.
Его интуиция, как всегда, находилась на высоте.
– Просто скажи мне это, Грета. Ты ведь не больна?
Я быстро помотала головой.
– Нет. Я в порядке, физически, но я…
– Грета, просто скажи! – повторил он.
Мои веки щипало от слез, и я едва могла проглотить ком в горле.
– Последние несколько месяцев я встречалась с Амо.
Невио уронил руку и попятился, его лицо окаменело.
– Что? – переспросил он низким голосом.
Мурашки побежали у меня по позвоночнику.
– Я люблю его.
Невио сделал еще один шаг назад, каждый мускул в его теле напрягся до предела.
– Любишь? – Его снисходительные интонации ранили сильнее, чем ярость.
– Невио, пожалуйста, постарайся понять. Я люблю Амо и хочу быть с ним.
Он отвернулся с резким смехом, достал пистолет и выстрелил в зеркала. Я вздрогнула и зажала уши ладонями.
Зеркала от пола до потолка разбивались с пронзительным визгом. Осколки разлетелись по комнате, расколов солнечный свет на сотни лучей.
Мое сердце раскололось вместе с ними из-за реакции Невио.
Брат неторопливо повернулся ко мне, его грудь была окровавлена от нескольких порезов, а один осколок застрял в щеке.
Я заплакала. Невио выдернул осколок, отчего по его лицу потекла алая струйка.
– Значит, ты выбираешь его, а не меня, не нас, не нашу семью.
У меня пересохло во рту, сердце заколотилось, а руки стали липкими от пота.
– Если ты уезжаешь из Вегаса, чтобы быть с Витиелло, полагаю, тебе на меня наплевать.
Неужели мой брат действительно сказал такое? Это было неправдой, что он, конечно же, знал, однако ему все равно удалось заставить меня чувствовать себя виноватой.
Тем не менее я ощущала вину с самого первого момента, когда подумала о том, чтобы быть с Амо. Ведь я знала, что это будет означать. Мне пришлось бы оставить Невио, что я никогда не считала возможным. Я умела остудить пыл Невио и боялась, что без меня тьма победит.
Его реакция разожгла мою тревогу.
Его мощная ярость обрушилась на меня, как лавина, от которой у меня перехватило дыхание.
Внезапно дверь в балетную студию распахнулась, папа, Нино, Алессио и Массимо ворвались сюда с пистолетами наготове.
И замерли при виде нас.
Я проигнорировала их пытливые взгляды. Это наш с Невио разговор.
– Разве ты не хочешь, чтобы я была счастлива? – мягко спросила я.
– Что, черт побери, происходит? – прорычал отец.
Невио шагнул ко мне и посмотрел на меня сверху вниз.
– Разве ты не была счастлива с нами? Ты принадлежишь семье!
Я прокашлялась:
– Была, и я никогда не думала, что буду желать большего, чем имею, но потом… я встретила Амо. Я пыталась бороться с чувствами к нему, надеялась, что они исчезнут, но любовь никуда не делась.
Нино, Алессио и Массимо оторопели.
Невио покачал головой, глядя в сторону.
– Мы на войне. Ты не можешь усидеть на двух стульях. Если ты выберешь его, бросишь нас. Конец.
– Мир может наступить снова.
– Кто-нибудь объяснит мне, что здесь, черт возьми, творится? – Отец встал между нами, его бешеный взгляд метался между Невио и мной.
– Нет, если я убью Амо, Лука никогда не согласится на мир, – кровожадно ухмыльнулся Невио.
Теперь я видела Невио, объятого тьмой. Таким мой брат бывал по ночам, когда им завладевал хаос. Но если я была неподалеку, старался сдерживаться.
– И ты так со мной поступишь?
В глазах Невио читалось равнодушие.
– Я сделаю это ради тебя, даже если ты будешь против.
Чужие жизни не имели для брата никакого значения. Очень немногие люди были важны для Невио, но избранные являлись для него всем.
Невио сделает все, чтобы защитить их и держать рядом. И не остановится ни перед чем.
Я знала это лучше, чем кто-либо еще. Мы же близнецы.
Невио любил смотреть, как мир сгорает в огне, но он всегда следил за тем, чтобы пламя не коснулось меня.
Я покачала головой:
– Нет, ты сделаешь это ради себя. Ты эгоист.
