Я сделал глубокий вдох:
– Она справится.
Грета должна выжить.
Мы с Серафиной посмотрела на Невио, который уперся руками в бедра и уставился в пол, не обращая ни на кого внимания.
– Я вернусь в особняк. Надо обеспечить семье дополнительную защиту. Позвони мне, как только выяснишь какую-либо информацию.
Фабиано удалился.
Через пять часов Нино открыл дверь операционной. Он следил за врачами, желая убедиться, что они сделали все возможное для спасения Греты.
Его лицо не предвещало ничего хорошего. Я поднялся на ноги, моя грудь сжималась.
– Она в стабильном состоянии, – сказал Нино, и я ощутил облегчение. – однако из-за тяжести травм врачам пришлось сделать гистерэктомию, то есть удалить матку. Также потребуется прооперировать колено, но неизвестно, сможет ли Грета снова танцевать.
Серафина сдавленно всхлипнула и опустилась в кресло.
Невио протиснулся мимо Нино и ринулся в операционную.
Когда он вернулся, то был бледным как полотно.
– Кто-то заплатит за это.
Он вышел на улицу, и вскоре я услышал разъяренный вопль.
Серафина подняла на меня глаза.
– Сколько еще крови должно пролиться, чтобы безумие закончилось? Разве Грета мало мучилась?
– Такова часть нашего бизнеса. И если это связано с Семьей, то крови прольется много.
Она покачала головой, словно не знала, кто я такой, что было чертовски смешно. Ведь проливать кровь всегда было моим любимым занятием.
– Римо, наша девочка борется за жизнь. Ты хоть понимаешь, что она потеряла? Она никогда не сможет выносить ребенка и, наверное, никогда не будет танцевать. Неужели ты хочешь отнять у нее еще и Амо? Как жестоко – даже для тебя.
Упрек Серафины был подобен удару кувалде.
– Чтобы Амо и Грета были вместе, должны пролиться моря крови, поверь мне. Луке придется сделать кровавое заявление, что весьма неприятно для него. Погибнут люди нашего круга. За любовную связь надо платить, ничего не поделаешь.
Серафина напряженно кивнула.
– Пока это не кровь Греты, мне все равно, Римо. Ты всегда говорил, ты хочешь, чтобы Грета взяла свою судьбу в свои руки. Ты презирал женщин, которые смиряются со своей участью. Грета хочет быть с Амо. Позволь ей. Она достаточно настрадалась.
Я наклонился и поцеловал Серафину в лоб.
– Я подумаю – ради тебя и ради Греты. А сейчас я обязан пролить кровь нападавшего, и он встретится с моей жесточайшей стороной.
Серафина одарила меня странной улыбкой:
– Надеюсь, он будет молить о пощаде, а ты ее не дашь.
Я поцеловал ее в губы:
– Ты меня знаешь. – Я выпрямился и рискнул заглянуть в операционную, где врачи и медсестры готовили Грету к перевозке в реанимацию.
При виде ее белого лица мое сердце сжалось. Сегодняшняя ночь была невероятно тяжелой, и мы столько потеряли.
– Присмотри за нашей девочкой.
Отец не остановил меня, когда я сказал ему, что у меня срочное дело в Вегасе.
Он дал мне частный самолет Семьи и разрешил переговорить с Римо.
Но я не мог думать ни о мире, ни о чем другом, кроме любимой женщины, которая боролась за жизнь.
Когда я приехал в аэропорт, Алессио уже находился там, чтобы встретить меня. Я не ожидал сопровождения от Фальконе и, несмотря на свою настороженность, сел в машину.
– Как она? – спросил я.
Алессио отъехал от зоны ожидания.
– Насколько я слышал, в стабильном состоянии, но травмы серьезные. – Он помолчал. – Тебе стоит поговорить с Римо или моим отцом.
Я кивнул. Я был чересчур измотан, чтобы думать о том, чем может закончиться диалог между этими двумя и мной. Меня волновало только состояние Греты.
– Ты знаешь, кто это сделал? – Ярость окрасила мой голос, и я перебирал в уме возможные версии.
У Фальконе имелась уйма врагов, но мало кто решился бы на подобную низость, напав на Грету. Определенно не Синдикат. Возможно, русские, но, учитывая, что Римо имел тесные родственные отношения с главарем «Братвы» в Чикаго, это тоже не вариант. В голове промелькнула еще одна мысль, но я не хотел на ней зацикливаться.
– Невио и Римо сейчас допрашивают нападавшего. Скоро мы все узнаем.
– Хорошо.
Алессио припарковался возле неприметного склада на окраине Лас-Вегаса. Выцветшие надписи и заколоченные окна.
Алессио вышел из машины, а я последовал за ним без колебаний. Черт. Я на вражеской территории. Более года Каморра и Семья находились в состоянии войны.
Но я, не мешкая, шагал за Алессио. Я бы спустился прямо в ад, будь там Грета.
Возможно, мне уготована ловушка. Учитывая, что Фальконе известно о моих отношениях с Гретой, им, конечно, не терпелось избавиться от меня.
Алессио нажал на кнопку рядом с дверью, через минуту Нино открыл дверь.
Он выглядел измученным. Все напоминало ночной кошмар, от которого я никак не мог проснуться.
– Не думал, что мы встретимся. И уж точно не так.
Я пожал плечами.
Нино пригласил меня внутрь. Переступив порог склада, я заметил Римо.
– Война пока отложена. Грета просила за тебя, поэтому ты в безопасности, – добавил Нино.
Я почти не слушал. Все, о чем я мог думать, это о Грете.
Римо преградил мне путь, наши взгляды встретились.
