Я рухнул на колени возле Греты, которая лежала на земле и выглядела безжизненной. Быстро осмотрел ее: два ножевых ранения в живот и разбитое колено. Коррадо надавливал на раны.
Кровь пропитала землю вокруг Греты.
Я обхватил ее голову и наклонился к дочери.
– Моя дорогая.
– Грета, – прохрипел Невио, нависнув над нами, затем его взгляд переместился на незнакомца, из ног которого обильно текла кровь. – Это он?
– Он нужен для допроса, – предупредил Нино, опускаясь рядом с нами, с двумя медицинскими наборами в руках.
Я погладил Грету по волосам, убирая пряди с окровавленного лба. Они были короче, чем раньше, местами выгорели, несколько волдырей от ожогов покрывали ее плечи.
– Моя дорогая, – повторил я, надеясь получить хоть какую-то ответную реакцию.
Жара была почти невыносимой вблизи горящих останков сарая. Языки пламени пробуждали мое сознание, желая вызвать воспоминания, которые я не хотел разблокировать сейчас.
Те самые, что являлись наиболее страшным моментом в моей жизни – до сегодняшнего дня.
Грета распахнула глаза. Ей потребовалось мгновение, чтобы сфокусироваться.
Я сглотнул:
– С тобой все будет хорошо.
Невио сел на корточки и взял ее за руку:
– Я не позволю тебе бросить меня, ты же знаешь.
Грета слабо улыбнулась и поморщилась. Ее веки смежились, а потрескавшиеся губы раскрылись, она что-то пробормотала, но я ничего не различил из-за треска пламени. По крайней мере, сигнализация уже была выключена.
– Скажи снова, – настоятельно попросил я, наклонившись, чтобы уловить ее слова.
– Позвони Амо, пожалуйста.
Я замер, уверенный, что неправильно расслышал ее. Грета распахнула глаза и, взглянув в них, я понял все.
Лицо Невио окаменело. Он яростно замотал головой. Я предупреждающе посмотрел на него.
– Грета, – начал я, но она коснулась моей руки.
– Пожалуйста, папа.
Я кивнул, поскольку не мог отказать Грете в ее желании. Особенно когда не был уверен, что она выживет. Черт. Хотел бы я оказаться на ее месте. Я достал телефон и пролистал контакты, пока не нашел номер Амо.
Позвонил ему.
Он ответил после третьего гудка.
– Чем обязан такому удовольствию, Римо? – спросил Амо жестким голосом, но я сразу уловил намек на беспокойство.
Я уставился на дочь, покрытую кровью, окруженную Нино и прибывшими к этому моменту врачами и медсестрами, которые пытались стабилизировать ее состояние, чтобы доставить на вертолете в больницу.
– Грета попросила о встрече с тобой. Ее ранили ножом, и она борется за свою жизнь.
– Что? Где? – Я услышал суматошные звуки на заднем плане и еще один мужской голос, который не распознал. – Что происходит?
– Если инцидент каким-либо образом связан с тобой, тебе лучше дважды подумать о том, чтобы ступить на землю Лас-Вегаса, ведь тогда я точно убью тебя максимально жестоким способом.
– Я вылетаю частным самолетом и буду на ранчо так быстро, как только смогу. Разреши мне с ней поговорить.
Грета с надеждой посмотрела на меня. Стиснув зубы от нахлынувших эмоций, к которым я был совершенно не готов, поднес телефон к ее уху.
– Меня ударили ножом в живот, – прошептала она. – Не думаю, что выживу. Похоже, я умираю.
Я взял ее за руку.
Невио поднялся на ноги и подошел к нападавшему на Грету. Я жестом показал Савио, чтобы он не спускал с него глаз. Сын несколько раз врезал ногой по лодыжке мужчины, но я сосредоточился на Грете.
Она с трудом кивнула:
– Я тоже тебя люблю. – Она вздрогнула и смежила веки.
Я сжал ее пальцы, но она не реагировала. Ее грудь поднималась и опускалась, но она потеряла сознание.
Когда я узнал, что творилось за моей спиной на моей территории, я рассвирепел.
Я должен быть в курсе всего. Возможно, я закрывал глаза на правду, поскольку не хотел ее видеть.
Грета любила ублюдка по имени Амо Витиелло.
– Это все он. Амо Витиелло. Я уверен! – Невио зарычал, закрыв лицо ладонями и дико затряс головой. – Если она умрет… – прорычал он в отчаянии.
– Она не умрет, – перебил я.
– Мы готовы! – крикнул Нино и вместе с врачом поднял Грету на носилки.
Я сопровождал их, пока мы направлялись к вертолету. Невио трусцой бежал за нами, обуреваемый противоречивыми эмоциями. Я ощущал его жажду крови, потребность уничтожить нападавшего на Грету.
Я чувствовал то же самое. Черт, я хотел разорвать урода на куски.
– Отомстим позже. Сейчас мы нужны Грете.
Бросив последний взгляд на нападавшего, Невио запрыгнул в вертолет. Савио, Массимо и Алессио позаботятся о том, чтобы мужика доставили в Лас-Вегас, где он выложит всю подноготную и умрет мучительной смертью.
Через час после того, как мы прибыли в больницу Каморры, туда ворвалась Серафина. Она была в пижаме. Волосы жены взлохматились, глаза покраснели от слез.
Я поймал ее прежде, чем она успела кинуться к операционной, где находилась Грета.
– Где она?
– В операционной.
Жена уперлась кулаками в мою грудь и зарыдала.
– Ты должен был разбудить меня!
– Ты ничего не могла бы сделать.
Серафина снова ударила меня в грудь, потом обмякла. Я коснулся ее затылка.
Порой я задумывался, есть ли у меня сердце. В такие минуты я понимал, что оно есть, но бьется лишь для очень немногих людей.
Фабиано поймал мой взгляд:
– Как она?
