Каори застала пробуждение Тирамижеи, которая очнулась после своего безумного подвига. Больше половины взрывной силы от бомбы взяли на себя доспехи воительницы, но при этом разбившись, разумеется, в хлам.
- Тира! - подбежала к ней девушка, взволнованная за свою пациентку.
- Каори… - слабо выдавила Тирамижея.
Когда же она заметила на себе множество бинтов, на её израненном лице появилась слабая улыбка.
- Спасибо, друзья…
Буря утихла…
В тот день жители Ритима увидели вспышку около полуострова Ратил, а грохот, донесшийся до них, непомерно напугал их, подкрепленный ещё известием о начале войны. Волнения дошли до такого уровня, что сам Эдварк — король Эрограля, бывший в морской столице, призвал горожан к спокойствию и, выслав войска к месту взрыва, возглавил поход. И какого же было его удивление, когда они обнаружили множество обломков сгоревших кораблей хеллского флота. Но им не пришлось долго гадать над тем, какая сила сокрушила эту великое вражье войско. В небо взметнулся могучий волчий вой, а после матросы объявили о появление в небе трех дивных зверей. Это были Фриз, Ребелиос и Верок со своими всадниками. Следя за спокойным планированием величавых животных, и заметив на их шеях повязанные белые платки, Эдварк запретил открывать огонь. Покружив над кораблями, арреки мягко приземлились на палубу королевского корабля. Миша, Кенай и Элен почтенно склонились перед монархом.
- Рады видеть Вас добром здравии, Ваше Величество, - говорил Кенай, выступивший, как лидер группы.
- Кто вы такие? - спросил Эдварк, уже с одного взгляда на их перевязанные раны догадываясь, что это те, кто приложил руку к разгрому флота.
- Мы, рыцари «Белого Сокола», - не скрывая, отвечал Кенай.
Недоумевающий шепот прошелся по рядам собравшихся.
- Эти желторотики?… Представлял их иначе… Так значит их крепость все это время была у нас под носом?!… Как можно жить в этих мертвых горах?… - доносилось до слуха соколят.
Все эти бабские толки пресеклись одним поднятием королевской руки.
- И какая цель вашего прибытия?
- Наш предводитель желает лично видеть Его Величество и просит, чтобы Его корабли вошли в гавань ордена «Белого Сокола». Мы и наши товарищи от имени нашего ордена клянемся обеспечить полную безопасность Его Величеству, его воинам и слугам во время пребывания на территории «Белого Сокола».
Взгляд короля и его свиты, устремленных на склонившихся рыцарей всемирно известного ордена, был весьма красноречив. Эдварк ясно понимал, что посещение «Белого Сокола», слухами о котором полнится вся эрогральская земля, несло с собой определенный риск, основанный в большей части на недоверчивости, однако любопытство и деловой азарт побудили в короле желание встретиться с главой ордена. Он изъявил благосклонное согласие, какое дают люди, очень желавшие того, что им предлагают, но не собирающиеся подавать вида из-за своей гордости. На кораблях, двинувшихся за арреками, были подняты белые флаги.
Клайф спокойно наблюдал, как величавые корабли пристают к причалам. Трапы были опущены и гости спустились на каменный пирс. Эдварк шел в центре окружавших его гвардейцев, а подле него шёл грифон, символ власти и королевской крови Эрограля. Этот красавец шел размеренно и важно, полностью осознавая торжественность момента встречи. Жители ордена встретили их с радостными восклицаниями, с подбрасыванием шляп и цветов. Все жители города знали, кем был сей муж. Воины, поначалу сомневающиеся, что разрешение мастера «Белого Сокола» прийти на его землю не было ловушкой, услышав это восторженное приветствие, внутренне облегченно вздохнули. У них появилась надежда, что им не придется поспешно отступать назад к кораблям, отбиваясь от атак. И вот они встретились с взглядами прославленных рыцарей. Они, облаченные в блестящих латах от лучших кузнечных мастеров, в алых плащах и с клинками в великолепных ножнах, резко контрастировали на фоне раненых, уставших, но стойко стоящих рыцарей, на которых были лишь простые кольчуги и кожаные доспехи с мечами, спрятанными в потертых ножнах. Однако, при этом они не хотели признавать, что чувствуют превосходство рыцарей над собой. Твердая, военная осанка, с которой они держались, стоя рядом со своим предводителем, не взирая на раны, и несгибаемая воля, видевшаяся в решительном взгляде вызывали в опытных бойцах уважение. Грифон остановился, поворотом головы приказывая сделать то же самое гвардейцам, и выпустил короля вперед себя, подчеркивая этим его главенство над всеми присутствующими. Этот жест должен был быть предупреждением и напутствием для «дикарей», которые, по мнению живого символа власти, в полной мере должны осознать, кто их король и повелитель, но, как оказалось, в поучениях рыцари не нуждались. Как только Эдварк встал напротив Клайфа, Эрик, Кенай, Элен, Мерт, Ёко, Ренат, Каори, Клодо и все остальные рыцари встали перед ним на колено, а мастер склонился в глубоком поклоне.
- Вопреки всему произошедшему ранее, я рад нашей встречи, - проговорил король, протягивая руку без перчатки Клайфу, - и благодарю Вас за совершенный подвиг.
