Со времён оплаты учительских долгов Аллен был уверен только в одном: везде и всегда должны быть пути отступления. Иначе это может стоить тебе жизни. Или даже чего-то более ценного.
— С этим трудно смириться? Или ты боишься, что теперь, когда он узнал, он убьёт тебя? — снова перешёл к уточнениям Аллен.
— Аллен, я не знаю даже, как в глаза ему сейчас смотреть! Когда мы из этих пещер выбирались, и Юу в первый день был совсем никакой, вместо того, чтобы помочь ему идти, я его на искателя перекинул. Он знаешь как на меня зыркнул, когда я до него всего лишь дотронулся? Будто я тут на его честь посягаю, пока он не слишком здоров! А теперь я и вовсе думаю, куда мне деться и в какой угол забиться, чтобы не отсвечивать и не мешать ему жить…
— Как всё запущенно…
— Собственно, поэтому я и спросил, видел ли ты его или нет. И как он вообще сейчас? Опасно к нему приближаться или нет? И вообще, что мне теперь делать, я тоже не знаю.
— Я видел и дрался с ним. То есть мы тренировались. И он был довольно… зол. Но лишь из-за необходимости мириться с ранением.
— Привык, наверное, что ему всё ни почём, да и не любит он врачей Ордена. И учёных. И Орден тоже не шибко жалует. Стоп! — резко откинувшись на спинку стула, Лави едва не опрокинулся со стулом, — Он что делал? Тренировался? Как? То есть, ему отсекло руку…
— Она была первая… что? Отсекло? БаКанда монстр, что ли? Ты хочешь сказать, что она приросла обратно?
— Практически, — тихо выдал Лави.
— Кто он такой?
— Это не то, что я могу сказать тебе. Честно, Аллен, я редко выступаю за сохранность частной жизни, но это то, что я знаю, как книжник, и не должен знать, как Лави.
— Это сделал с ним Орден? — попробовал пойти другим путём Аллен.
— Да.
Орден снова сделал что-то. Теперь уже с экзорцистом. И Аллен чувствовал, как гнев, пробуждавшийся в нём после встреч с Вайзли, прорывает наружу.
— Эти ублюдки, — очень тихо начал он, — они похищают людей для того, чтобы изучить. Сейчас их новый проект….
Интерес вновь появился во взгляде Лави.
— Их проект? Ты знаешь, чем они сейчас занимаются? Я не уверен в том, что Панда знает это.
Аллен мысленно взвесил все плюсы и минусы. Книжники, они не так просты, как казалось вначале, и, возможно, если поделиться с ними информацией, от этого будет реальная польза в будущем. А он должен был думать о будущем. Особенно сейчас, когда он носит ребёнка, что может оказаться Сердцем, когда Орден оказывается не милым и пушистым, когда его любовник на деле враг и Ной.
Вряд ли хоть одна из сторон примет его такого, какой он есть. Значит, ему нужны отдельные союзники. Такие, как Тикки. Тот, в кого Аллен верит больше всего, тот, кто вряд ли теперь смирится с потерей Аллена.
Или юноша всего лишь льстил себе? Проецировал собственные чувства на Тикки Микка?
— Знаешь, Лави, — Аллен поднялся с неудобного кресла и улёгся на спину на небольшом, но куда более мягком и милом диванчике. — Это будет долгий разговор, похоже.
— Я готов.
— И, возможно, его прервёт Линк.
— Мы всегда можем продолжить.
— А книжники информацию не упускают, как я погляжу? — Аллен уже решил, что вряд ли расскажет правду о Вайзли. Но всё остальное — вполне можно. Он не видел в этом ничего ужасного. — Хорошо. Я расскажу то, что я знаю. А ты поможешь мне кое-где в другом месте.
Аллен нуждался в Ковчеге.
Во-первых, он уже давно хотел снова побывать в нём, обследовать комнату управления. Хотел, а его всё как-то не пускали. То есть, не то чтобы прямо не пускали – прямых запретов на поход в Ковчег не было, но отговорки «позже», «не сейчас», «с должным сопровождением» наводили на мысли, что юношу банально водят за нос и никогда не дадут приблизиться вновь к желанному пианино.
А это означало, что Аллен должен был взять всё в свои руки и справиться с ситуацией своими путями.
Во-вторых, Уолкер хотел открыть рядом с Башней врата для Тикки. По какой-то невероятной причине тот положительно действовал на юношу. По крайней мере, по наблюдениям юного экзорциста, только с Тикки тот мог спать сутками и чувствовать себя после этого просто прекрасно!
Так что чистая сила Ною полностью доверяла, и Аллен доверял ему так же, не задумываясь о причинах доверия чистой силы. Может быть, дело в отцовстве Тикки Микка, может, ещё в чём…
Странно, что чистая сила относилась к Микку так хорошо после того, как он едва не уничтожил её…
Странно, но объяснимо.
К тому же вся эта ситуация всё равно сводилась к необходимости попасть в Ковчег и прогуляться по нему как следует.
