Бросившись на берег, я схватил охапку морской травы из кучи на берегу и поспешив к Змею, затолкал в рану несколько больших пучков. Скоро я увидел, что кровотечение стихает.
До вечера Змей лежал на песке, а когда настал час прилива, медленно отплыл от берега. На большее у него, видимо, не хватало сил. На следующий день, когда вода отступила, у Змея хватило сил остаться в воде. Я понял, что дело пошло на поправку. Завязав рукава на своей единственной рубашке, я поймал этим странным сачком несколько рыб, а Змей внимательно наблюдал за моими действиями. Когда я положил рыб перед ним, он с жадностью проглотил их. Еще бы, такому гиганту было нужно не пять-шесть рыбок, а огромный косяк. Но другой пищи у меня не было...
Сам я уже давно питался фруктами и только мечтал о мясе. Но, в отличие от морского животного, я мог довольствоваться плодами, и потому всю пойманную рыбу отдавал подопечному.
Я внимательно осмотрел животное, пока оно лежало на мелководье, и прикинул его размеры. В длину оно составляет не менее двухсот пятидесяти футов. Голова очень маленькая, относительно длины тела она составляет примерно одну двадцать пятую часть. Это не совсем змея. На самом деле, большую часть его составляет длинная шея, примерно одну пятую, но тело животного, более широкое в задней части, имеет заостренный хвост. Цвет шкуры Морского змея черный, но на брюхе она постепенно светлеет, превращаясь в желто-серый. Грива животного простирается от вершины головы до начала хвоста, а на морде есть длинные усы, природа которых осталась мне непонятной. Змей движется в воде, совершая волнообразные движения с очень высокой скоростью, и в это время прижимает плавники к бокам. Его появлению из морских пучин предшествует серое пятно на поверхности воды, и по всплытии Змей издает ужасное зловоние. Но, по совести сказать, это его единственно по-настоящему неприятное качество. В остальном же Sea Serpent не так ужасен, как о нем принято думать.
Так прошло несколько суток. Наконец настал день, когда мой подопечный сумел покинуть бухту. Мысленно я попрощался с ним, не надеясь больше встретить. Каково же было мое удивление, когда на следующий вечер животное снова появилось в лагуне. Я не ошибся, это был именно «мой» змей, я узнал его по рубцам от пушечных ядер на спине.
Змей неторопливо вошел в лагуну, и из воды появилась его ужасная голова. Обдав меня облаком зловония, Змей положил передо мной крупную рыбину. Я глазам своим не поверил. Это животное оказалось способным на благодарность! Далеко не каждый из представителей рода людского может быть благодарным, а здесь существо, считающееся адским созданием, смиренно благодарит своего спасителя. Есть чему удивляться!
С тех пор каждый вечер Змей появлялся в лагуне, неизменно принося с собой крупную рыбу. Я тут же при помощи огнива добывал огонь, зажаривал рыбу на углях костра и с аппетитом поглощал ужин, принесенный мне чудовищем из древних легенд. Потом на остров опускалась тропическая ночь, а я смотрел на звезды, слушал неумолчную песню прибоя и разговаривал с Морским змеем.
Вы можете смеяться, но мы были единственными живыми существами на этом острове, если не считать безмозглых птиц. Одиночество — ужасный бич потерпевших кораблекрушение — уже начинало действовать на меня, а Змей оказался хорошим слушателем. Он всегда был рядом, и я не сомневался, что он внимает моим рассказам, равномерно сопя тяжелыми испарениями. Я делился с ним планами на завтрашний день, рассказывал о жизни при дворе Его Величества, сообщал сведения из морской навигации, которые приходили мне в голову при взгляде на звезды, и тому подобное. Этот зверь стал моим другом и собеседником. Мало-помалу я рассказал этому монстру историю своей жизни вплоть до появления на острове. Должно быть, мы представляли собой презабавнейшее зрелище: гигантский Морской змей и человек на берегу маленького острова, затерянного в бескрайнем океане...
Люди, поистине, являются венцом творения Господа. Но почему мы так уверены, что только нам был подарен разум? Может ли быть, чтобы Господь, награждая людей этим величайшим свойством, не одарил им больше никого из своих детей? Возможно, в нашем мире есть иные существа, почти неведомые нам, но тоже разумные? Об этом я думал долгими вечерами, лежа под покровом звездного неба и слушая дыхание моего единственного друга.
Так прошло пол года...
И вот однажды Змей вернулся в лагуну не вечером, как обычно, а рано утром. Солнце едва появилось над вершинами пальм, когда я был разбужен громогласным дыханием зверя. Змей выплыл на середину лагуны и вернулся назад к берегу, затем снова проплыл в середину и опять к пляжу... Я не понял сначала, зачем пресмыкающееся совершает такие странные перемещения. При этом Sea Serpent не сводил с меня глаз, как будто хотел что-то сообщить. И вдруг я догадался: он зовет меня с собой!
