Весь день и всю следующую ночь продолжала бушевать буря. Тысячу раз я успел попрощаться с жизнью, когда заметил, что шторм стихает. К полудню волны стали пологими, и я смог перевести дух. В разрывах туч блеснуло солнце, и с его животворными лучами надежда вновь вспыхнула в моей душе.
Меня начала мучать жажда, я понимал, что единственное спасение — встретить сушу. Когда волнение стихло настолько, что я мог не опасаться, что меня оторвет от спасительного обломка, я ослабил свои путы и, приподнявшись над поверхностью моря, насколько мог, осмотрелся.
Вы можете мне не поверить, но я увидел остров. Небольшой клочок суши, но с лесом — верхушки пальм зеленели над белой полосой прибоя. Здесь можно жить хотя бы некоторое время, а там Господь пошлет мне помощь...
Ни секунды более не раздумывая, я отвязался от обломка мачты, больше суток бывшего моим пристанищем, и поплыл к острову.
Этот островок оказался поистине земным раем. Само милосердное Небо направило мой обломок сюда. В том месте, где я выбрался, в море впадал небольшой ручей. Первым делом я утолил жажду и подкрепился фруктами. Пару дней я отдыхал, питаясь плодами и устрицами, запивая эту нехитрую снедь свежей водой. Со мной остался морской кортик — непременная принадлежность всякого офицера флота. Огниво, по давней привычке, тоже всегда было со мной. Имея огонь и оружие, я чувствовал себя готовым к любым неприятностям, которые пошлет мне судьба.
Незаметно промелькнуло несколько дней, и вот, наконец, я почувствовал в себе силы и желание исследовать остров. Утром, позавтракав обычным набором яств, я отправился осматривать свои владения.
Остров оказался относительно небольшим... Как я и ожидал, он был необитаемым, во всяком случае, никаких следов людей я на нем не обнаружил. Я обошел его за полдня, лишь лагуна в западной части острова осталась неисследованной.
На следующий день я направился туда. Подходя к лагуне, я услышал странные звуки, похожие на рокот прибоя, но одновременно отличные от шума волн... Казалось, кто-то тяжело дышал. Звук был настолько громким, что я сразу понял: человек так дышать не может. Каждый вздох сопровождался глухим стоном. Казалось, будто дыхание доставляет неведомому существу неимоверные страдания.
Осторожно выглянув из-за прибрежной скалы, я снова увидел его.
Sea Serpent лежал в бухте. Его огромное тело распласталось на прибрежном песке, частью находясь в воде. Должно быть, прилив выбросил морского исполина на сушу и, отступив, оставил на берегу.
Похоже, это был именно тот зверь, что уничтожил корабль корсаров: ядра, выпущенные англичанами, причинили гиганту серьезные повреждения. На его иссиня-черной спине хорошо были видны раны, только-только начавшие затягиваться. Кровь струилась из правого бока... Я вышел из-за скалы, не желая больше прятаться...
Увидев меня, Sea Serpent не шевельнулся, лишь посмотрел странным взглядом. Даже сейчас Змей внушал ужас. Его черное тело, как исполинская труба, лежало на белоснежном песке лагуны.
Гигант, в мгновенье ока уничтоживший крупное судно, представлял сейчас жалкое зрелище. Стоны, вырывающиеся из его ужасной пасти, наполнили мою душу состраданием. Вы можете осуждать меня, но мне стало жалко Змея. В конце концов, разве Господь не завещал нам быть милосердными к тем, кто попал в беду?
Я боялся приблизиться к нему, понимая, что помощь такому огромному животному может оказаться гибельной. В то же время ждать было некогда. Этому зверю было плохо, а я, наверное, мог бы помочь ему...
Мысленно попрощавшись с жизнью, я подошел к чудовищу, содрогаясь от неприятного запаха. Змей никак не ответил на мое приближение, хотя, конечно, видел и слышал меня. Наверное, он настолько ослабел, что его охватило безразличие, свойственное и людям при большой потере крови.
Кровь струилась из-под правого переднего плавника. Подойдя поближе, я увидел, как Sea Serpent приподнял его, давая мне возможность осмотреть рану. Бесстрашно раздвинув разорванную плоть пальцами, я нащупал внутри большой осколок пушечного ядра. Кусок металла глубоко впился в мышцы зверя, царапая плавник при каждом вдохе и выдохе, причиняя неимоверные страдания. Из-за него Змей не мог двигаться и покорно лежал на песке, ожидая своей участи.
Крепко ухватившись пальцами за осколок и мысленно воззвав ко всем святым, я рванул его на себя.
Я готов был к тому, что ужасная боль пробудит в Морском змее последние силы и он убьет меня... Малейшего движения этого громадного тела хватило бы, чтобы отправить меня к погибшим товарищам.
Змей глухо заревел, но не дернулся. Рев его был так грозен, что я понял — в теле морского гиганта сохранилось достаточно мощи. Мне стало ясно: существо понимает, что я стараюсь помочь. Поэтому я дернул осколок еще раз, уже изо всех сил.
С чавкающим звуком кусок металла вышел из раны. Хлынула черная кровь, которая скоро сменилась красной. Видимо, удаление осколка принесло пресмыкающемуся облегчение — Sea Serpent больше не стонал.
Теперь надо остановить кровь.
