— У меня традиция. Последнему сдающему ставить на балл выше, чем первому. Так что поздравляю со сдачей, — Драгоций размашисто подписался в моей зачетке. — И запомни одно: не стоит больше дурачить меня.
Он вернул книжку, на полях которой появилась новая запись. «Сдала со второй попытки. Выше ожидаемого».
========== Глава 9. Ступить на тающий лед ==========
«Выбрать друга для меня задаче нелегкая. Но еще труднее определиться с врагом».
Родион Хардиус Огнев, основатель Ордена Непростых.
После экзамена я стрелой убежала к себе. Столько сил, прочитанных лекций, вечеров, проведенных за тусклой вечнолампой… и все это ради простого «выше ожидаемого». Уже в комнате меня разобрало тихое рычание. Я вонзилась ногтями в ладони и молча сосчитала до двадцати. А потом еще раз, и так пока перед глазами не исчезло надменное лицо Драгоция. Все по-честному. Я обманула его, а он не дал себя в обиду и защитился. Еще надо поблагодарить его за зачет… А то мог бы отправить к маре в след за Каем. Я окончательно успокоилась и перестала таить злобу на Рэта. Мне даже стало совестно за свой стремительный побег. Даже «пока» ему не сказала. И кому нужна такая гордячка?
Поток моих мыслей прервало сообщение. Я посмотрела на браслет и осела на кровать. Оно было от Астрагора. Учитель хотел меня видеть. Прямо сейчас.
О, великое время! Как я была не готова к новой встрече с ним! До последнего меня не покидала надежда, что Дух забудет обо всем и перестанет тревожить мои мысли. Но Астрагор не заключает ни одной сделки, если не знает, как можно извлечь выгоду из нее.
— Сейчас откроется переход, и я буду спокойна. Никто убивать меня не станет. Соберись! — я воинственно нахмурилась отражению. Темноволосая и несчастная девчонка напротив жалко свела брови.
По гладкой поверхности пошла волнистая рябь, а потом зеркало стало мягким и вязким. С той стороны уже ждали, и времени на раздумья не осталось. Я шагнула в темный кабинет.
Запахло деревом и чернилами. Ноги коснулись мягкого ворса ковра. Тут мне стало стыдно за свои запыленные сапоги. Мара, и что мешало утром их почистить. Я принялась пристально разглядывать мыски, только бы подольше не разговаривать с Духом.
Учитель стоял спиной ко мне и смотрел в окно. Его силуэт резко выделялся на светлом фоне. Пепельные волосы были собраны в низкий хвост, а руки сложены сзади.
— Поздравляю с удачным экзаменом. Кажется, тебя пора переводить на круг повыше.
— Благодарю за похвалу, господин учитель.
— Как тебе моя новая ученица. Великая черноключница со славной фамилией, — в голосе Астрагора не слышалось ни угрозы, ни интереса, но там таилось что-то другое. Многим позже я распознала в этом зависть.
— Вряд ли она приживется в замке. Тут все слишком не любят признавать чужие заслуги.
Учителя, кажется, позабавили мои слова. Он отвернулся от окна и усмехнулся. Меня снова поразили эти чужие глаза на остром мальчишеском лице.
— А еще она очень удачливая. Ей везет во всем, и это начинает раздражать даже таких терпеливых игроков, как я, — Дух пристально посмотрел на меня. — Скажи, ты помнишь мою просьбу?
— Конечно, господин учитель. Я помню каждое Ваше слово.
— История Василисы Огневой скоро подойдет к концу, и тебе предстоит в этом немалая роль, Вельга. Мои специалисты установили, что рядом с черноключницей постоянно вертится не в меру прыткая эррантия или затеренная… Но они бессильны засечь эту мушку. Зато с этим прекрасно справятся твои чудесные способности.
Ладони стали липкими. Я никогда не хотела откусывать кусок, заведомо не влезающий в рот. Меня пугала одна идея бросить тень на арену вершителей судеб этого мира. Нет, эта учесть таких пламенных натур, как та же Огнева или кого-нибудь из старших, но не моя… Не Вельги Драгоций. А теперь меня толкают под эту груду обломков из чужих судеб. И чем учителю так мешает эта девочка, ищущая тень своего близкого.
Между тем Астрагор продолжил, будто бы не замечая моего замешательства:
— Ты должна выследить ее помощника, а потом дать мне сигнал. Как только засечешь его, Вельга, не теряя ни секунда, свяжись со мной, — его черные глаза вцепились в мое лицо. — Пускай Огнева доверяет тебе. Окутай ее любыми иллюзиями… Но никогда не забывай, кто ты на самом деле, — не повторяй ошибок отца, читалось за каждым его словом, — и когда ты найдешь мне эту эррантию, то получишь награду. Может, тебе еще предстоит занять место Огневой.
Только бы не убиться вместо нее, обреченно подумала я. В черных глазах Астрагора впервые мелькнули эмоции. А ведь он тоже умел злиться, предвкушать и может даже страдать. Вот только любить его иссушённое сотней перевоплощений сердце давно перестало. А мое одинокой пташкой рвалось на свободу, прочь из змеиной пасти.
