— Главенство Духов, — я замолчала, но Огневой уже давно было пора расстаться с иллюзиями о часовом братстве, — на Остале многие хотят вернуть старые порядки, а для этого нужно избавиться от планеты-двойника. Впрочем, такими мечтами тут бредят уже несколько веков, а Эфлара между тем все дальше уносится от нас по-своему временному коридору.
— Но чем же мы вам мешаем? — похоже, с такими мыслями ей тут никогда не прижиться.
— Тем, что обогнали далеко вперед, — и сейчас я говорила далеко не про существующий временной разрыв в сто лет.
Мы еще немного пообсуждали судьбы мира, пока к нам не подошла Захарра. Она набросилась на Василису с расспросами, а закончив с ней, обратилась ко мне.
— Ну Елена просто хотела увидеть меня, — невнятно начала я, стремясь спрятаться за полуправдой, — кажется, ей хотелось о чем-то попросить меня, но она не стала этого делать. Видимо, я ее чем-то не устроила.
— Зная ее, она могла с легкостью предложить шпионить за мной, — Огнева чуть показала зубы, отчего напомнила лисицу на охоте.
— Я не горю желанием работать с эфларской перебежчицей.
После этого от меня, слава часам, отстали.
Василиса достала круглый бублик, в которой тут же с упоением вгрызлась Захарра. Я порадовалась, что воздержалась от пробы, так как этот бублик оказался не совсем обычным.
— Это же моя первая вещь из сна! А ты ее съела!
— Существует примета, что первым из сна надо приносить потерянную вещь, — заметила я и поспешила объясниться, — ну допустим, ты потеряла любимое зеркальце и жить без него не можешь. Тогда ты представляешь его во сне, пытаясь проснуться уже с ним.
— Когда-то в детстве я потеряла бублик, но потом оказалось, что просто забыла, как съела его. Так сойдет?
Мы посмеялись, но от меня не ускользнуло, как Василиса быстро наклонилась к Захарре, что-то прошептав ей. Я смогла угадать лишь имя среброключника. Кажется, они что-то затеяли.
Урок начался.
Астрагор поручил нам весьма интересное задание: посмотреть прошлое и будущее своей любимой вещи, а потом написать об этом эссе. Все время, пока объясняли материал, я старалась незаметно разглядеть Рэт и поймать хоть мимолетный взгляд в свою сторону. Но чертову Драгоцию было плевать на меня, зато Феликс пару раз скорчил ехидную рожу. Настроение совсем испортилось.
Настало время занимать стол для работы.
Я замешкалась, отчего все нормальные места разобрали, оставив только пару парт прямо перед носом Рока. М-да, уже представляю, как эферю, а этот коршун стоит над душой, кривясь от презрения…
— Вельга! Займи уже крайний левый стол и не мозоль глаза.
Я, опустив плечи, поспешила к нужной парте. Как назло через ряд от меня место занял Рэт Драгоций. Мы обменялись с ним взглядами мысленно, но от души, пожелав всего наилучшего. В руках парня застыло белоснежное перо, словно сотканное из морозных узоров.
Мне и самой не мешало бы выбрать предмет, пока Рок снова не прикопался.
Я решила взять для эксперимента свою самую ценную и красивую вещицу. Ее сделал еще отец, когда работал в нашей мастерской. Это был гребень из кости тонкорога, украшенный резными фигурками часодейных животных. Там был и треугл, и луноптах, но больше всего мне нравился огнежар, который парил над всеми зверьми. Его крылья и хвост украшали осколки лазури.
Я так ни разу и не вплела это сокровище себе в волосы, боясь не соответствовать его хрупкой красоте. Рука уже сжала стрелу, как в голову пришла идея. Я убрала гребень и достала василек, который все еще хранил свежесть Драголиса. Он ни капли не пожух, продолжая радовать глубокой синевой.
Меня обжег удивленный взгляд Рэта, когда он разглядел, что лежит у меня на столе. Кажется, Драгоций догадался, что это за цветок. Ну и пусть катится к жаххам со своими догадками.
Стрела серебристой змеей сверкнула в руке, вызывая дыхание времени. Василек закружился, подхваченный часодейным вихрем. Его лепестки неестественно выпрямились, словно кто-то выкрутил их, и тонкий запах прелой листвы поднялся над партой. Мимо меня пронесся ворох видений.
Драголис, поляна, много синих точек на ней, девочка, срывающая одну из них, капли росы, бегущие с лепестков…
Прошлое василька могло принадлежать любому другому цветку, найденному с обломанным стеблем. Оставалось надеяться только на будущее. Рука на миг замерла. Мне показалось, что какая-то сила мягко удерживает ее.
Я затравленно огляделась вокруг.
Примаро уже заносил пометки в пергамент, Феликс с нахальной улыбкой отматывал своей рогатке время то взад, то вперед, явно, справившись с основным заданием. Рэт бережно убирал перо в подсумок… Одна я как дура стояла и пялилась на чертов цветок.
Стрела сдлала лихой вираж, после чего время потекло в обратном направлении.
