— Неужели тебе не жаль свою рыжую подружку? Ведь если она убежит, Астрагор вполне сможет нарушить главное правило договора.
Его слова медленно пробились ко мне, вливаясь в мозг. Что это значит?
— То есть…
— Все просто, — Рэт, не скрываясь, победно улыбнулся, — он зачасует ее. Если идиоты-эфларцы выполнят свой план. Правда, чудесно? Представляешь, от скольких проблем это избавит нас?
В голове как будто взорвалась огненная спираль. Тело безвольно оседало по стенке, все ощущения выморозились. Рэт удержал меня, и, казалось, что его губами усмехается сам Астрагор. Змей укусил себя за хвост, замыкая круг. Вот и конец истории.
========== Глава 6. По грани нашей слабости ==========
«Если сила в слабости, то моя слабость безгранична»
Ийрис Резникова, основательница Светлочаса
— Нет, — тихо прошептала я, пытаясь высвободиться из рук Драгоция. Тот поначалу не обратил на мои трепыхания внимания, но потом чуть отступил. — Так нельзя.
— Не волнуйся, Астрагор предвидел нечто подобное и дал мне соответствующие указания. Так что он давно готов распрощаться с малышкой Огневой или еще сильнее застегнуть ошейник. Этого и следовало ожидать, она становится все сильнее.
— Пожалуйста, не надо.
Что тогда нашло на меня? Какой приступ истерии и отчаянья, что я почти взвыла. Одно мне было ясно: Василиса не должна бежать. Нет, я до сих пор трезво оценивала приоритеты, но сейчас появилась возможность сыграть вничью. Договориться с совестью и усмирить долг, который честнее бы назвать обыкновенным страхом.
— Предлагаешь нарушить прямой приказ?
— Астрагор ничего не узнает, — прошептала я почти в его губы, сжатые в бескровную линию, — девчонка просто дура, она сама не понимает, что творит.
— Мне кажется, — жестко произнес Рэт, — это ты чего-то недопонимаешь.
Его руки вжали меня в стену, которая оказалась гладкой и холодной. Лицо Драгоция замерло в каких-то десяти сантиметров от моего, бледное и сосредоточенное.
— Я не прощу себя, если Огнева погибнет так… бессмысленно, — это было подло. Когда-то, в прошлой жизни, совсем другая я думала, что Драгоций ненавидит плакс, а сейчас… Мои плечи затряслись, и пальцы Рэта судорожно сжались. — Я до сих пор виню себя за Геллу…
— Перестань, ты играешь мною.
Мои глаза никак не хотели плакать, поэтому пришлось припомнит все дурное, что приключилось со мной за последние месяцы, благо такого было немало. Помог как ни странно подслушанный разговор у фонтана и серебристый смех Резниковой.
— Я сейчас остановлю тебе время, Вельга. Прекрати.
Его руки встряхнули меня, но безуспешно. На лице Драгоция проступили первые отголоски неуверенности. Пора было добивать. Я подалась вперед, буквально падая на него. Рэт пошатнулся, но смог устоять.
— Она и так погибнет, — рассеянно прошептал он, впрочем, не пытаясь отстраниться.
Ему явно было неловко и непривычно видеть чужую слабость, столь откровенно демонстрируемую. Стрела не единственное оружие часовщицы, как-то сказала Маришка, а я волей случая подслушала ее слова и приняла их к сведению. Мара, не думала, что опущусь до такого.
— Все мы умрем, но кто знает — когда.
— Жахх с тобой, — выдохнул Рэт, как будто отсекая слова времмой, — но знай, что я просто возвращаю свой долг. Ты помогла мне в Драголисе, и теперь настал черед рассчитаться.
— Значит, мы не дадим им уйти?
— Если дойдет до битвы, то в первую очередь, я буду прикрывать нас. Но в ином случае — Огневу мы не отдадим, особенно, если комната так и не откроется, — его руки неловко опустились мне на голову. — Вель, ты в правду так привязалась к ней?
— Она похожа на меня, — только и смогла ответить я, сама испугавшись этой откровенности, — и если бы время распорядилось иначе, я бы многое отдала за право стать ее другом.
Рэт кивнул, словно услышанное не разозлило его.
— Иногда ты вправду напоминаешь ее, но порой в тебе мелькает что-то от Маришки, как сейчас, — он недовлльно прищурился, — но больше всего мне нравится, когда вижу в тебе Драгоция. Ты становишься такой похожей на мою…
— Что вы делаете?! — из забытья нас вывел чужой окрик.
Я отшатнулась от Рэта, руки которого тут же разжались, и чуть не споткнулась о чужую ногу. Сам парень пораженно замолчал, не привыкший, что кто-то может подкрасться со спины незамеченным. Ну что же, еще один повод проникнуться симпатией к Огневой. Эх, знала бы она, какие беседы мы вели минуту назад.
— Вельга? — Василиса рассматривала меня, словно на голове вырос рог тонкорога. Рэт не сдержал самодовольной улыбки. — Ты выглядишь… лучше поправь плащ.
Я осознала, что вся моя одежда несколько помялась, а ворот плаща так вообще съехал вниз. Да и Рэт смотрелся не лучше. На месте эфларки, я бы уже надумала целую скандальную историю.
— Иногда лучше развернуться и уйти, если не видишь себе места, — невозмутимость Рэта была на грани фальши.
— Да я думала, вы картины обсуждаете! Очень мне надо было подсматривать! И вообще получше себе место не могли найти? Может, еще перед портретом Эфларуса…
— Ты просто очаровательна, когда смущаешься, — Драгоций подмигнул Огневой, — жаль, что Вель не так густо краснеет.
