В глазах Маришки промелькнула настороженность, хотя она учтиво кивнула, поддерживая наши слова. Норт же даже не пытался скрыть враждебности, но как болванчик повторял все действия ключницы. Раздался мелодичный звон хрусталя о хрусталь. Разговор свернул в сторону политики и каких-то «нелепых законов, позволяющим ремесленникам со второй степенью претендовать на гранты в высших школах, кошмар-р». Я полностью занялась пирогом, изредка обмениваясь с Рэтом косыми взглядами.
— Пора идти к нашей группе, а то зодчий сам назначит себя главным, — Драгоцию похоже надоело трепаться без дела.
— Он и так будет главным, — напыщенно подал голос Норт, но тут же сник под пристальным взглядом Рэта.
— А насчет ремесленников… Думаю, Эфларе просто нужно более жесткое управление. И ты, как член Ордена Непростых, разумеется, понимаешь меня, — Драгоций криво улыбнулся Маришке, демонстративно помог мне выйти из-за стола и повел в сторону шумной компании. Я чувствовала затылком прожигающий взгляд.
— Ты ее знатно разозлил. Она теперь постарается досадить тебе, и, время, у нее есть неплохие возможности для этого. Не забывай, что было в прошлый раз.
— Я слишком долго играл по ее правилам, а она привыкла к этому. Пускай только попробует что-нибудь выкинуть, и даже Дир не успеет защитить ее.
Мы подошли к столу Огневой как раз в тот момент, когда Миракл объяснял нюансы тиккеровки над ключами. Судья по их лицам, мы им помешали.
— А вот и наши дорогие Драгоции, — улыбнулся зодчий, — Рэт, Вельга, присаживайтесь.
— Надеюсь, мы не заставили себя ждать, а то наша группа выдвигается первой, — я успела опередить Рэта, ожидая от него какой-нибудь резкости.
— Думаю, без нас они не скучали, — все-таки он не сдержался, — разве учитель не рассказал тебе, как пользоваться медальоном, Огнева?
Уверена, что «учитель» в его понимании у Василисы был только один, и уж точно не тот, что стоял перед нами.
— Я побольше тебя знаю, как им пользоваться, а лишний совет никогда не помешает.
— Вижу, компания подобралась, что надо, — по-кошачьему прищурился Маар. — Пойдем, Диан, а то количество Драгоциев вокруг явно превышает разумные пределы.
Рэт проводил их удаляющиеся спины долгим взглядом, клянусь стрелой, он был просто горд собой. Хотя время, лучше бы иногда брал пример с Норта и просто молчал.
— Ну вот, не прошло и пяти минут, как мы подружились, — я постаралась сгладить ситуацию, — осталось только закрепить результат хорошей дракой. Но, надеюсь, мы найдем занятие повеселее.
— Мне нравится ваш настрой, юная леди, — Миракл очаровательно улыбнулся и даже слегка приобнял меня и Василису, — действительно, зачем пререкаться, когда впереди нас ждет незабываемое путешествие. А вы, мой друг, как думаете?
«Его друг» думал явно в ином ключе, и в его взгляде впервые промелькнула растерянность. Правда, еще быстрее она сменилась раздражением.
— Нам пора выдвигаться, — сухо сказал Рэт, потянув меня на себя, высвобождая из хватки зодчего. — Это единственное, о чем я сейчас думаю.
Время, дай нам сил вернуться в первоначальном составе и не потерять никого.
Часовой переход засветился голубоватым синением, отражая две витые свечи. Его поверхность привычно размягчилась, принимая в свои объятия. Этот шаг дался мне нелегко, ведь я знала, куда попаду. Великий расколотый замок, творение самого могущественного часовщика, погубленное им же. Он был настолько окутан легендами и мифами, что сам казался чем-то эфемерным и давно потерянным. «Молния, пущенная Эфларусом, навсегда забрала дыхание времени у замка. После чего его сердце остановилось и призраки прошлого поселились, окутали стены», так писали в старых фолиантах.
Под ногами хрустнула крошка стены. Я сразу почувствовала странный, потусторонний холод, какой бывает в местах оставленных человеком. Рэт вышел из перехода за мной, придержав за локоть. Он тоже выглядел настороженным, будто то и дело поджидал эфер в спину.
Миракл зажег шар-светильник у нас над головами, и сразу стало светлее. Я жадно начала оглядываться, ожидая увидеть что-то невероятное. Ведь мы очутились в самом невообразимом месте, почти сказке. Но вокруг были такие же стены, пол и потолок, с которого свисала массивная люстра. Здесь не осталось легенд, теперь тут только пыль, тоскливо подумалось мне.
— Похоже, тут раньше была спальня… И мне кажется, принадлежала она женщине, — заметила я, рассматривая резную спинку кровати и туалетный столик. На нем даже лежали мутные флаконы и шкатулки.
— Все верно, это будуар одной известной часовщицы, если старик Фатум не ошибся в расчетах, — Миракл почесал нос, — по нашей карте отсюда можно легко пройти в нужную залу. Думаю, этой комнате стоит присвоить новое имя, как считаете, леди?
Мне все больше начинал нравиться этот мужчина с его элегантными и учтивыми манерами. Эх, дал бы он пару уроков нашим мальчишкам, не только же им стрелами махать.
— У НАС тоже есть карта, составленная НАШИМ учителем, и она явно пригодится больше эфларской подделки, — Рэт был, конечно, не «леди», но высказаться ему это не помешало.
