С минуту все потрясенно молчали. Айла так побледнела, что Лэм обхватил ее, точно боялся, что она упадет. Викки прикрыла рот ладошкой. Гораций и Элфиас беспомощно переглянулись.
— Что, что? — раздался взволнованный голос. Вклинившись между ними, к Раджану протиснулся Финеас Блэк; даже в темноте было видно, как он побледнел. Мальчик поднял на него черные печальные глаза. Губы Финеаса задрожали, Айла молча обняла его за плечи и отвела в сторону. Лэм вдруг всхлипнул.
— Что же случилось? — пробормотал он. — Что случилось?
— В самом деле, расскажи нам подробнее, — вышел из ступора Альбус.
— Да пойдемте в школу, мы и так привлекли к себе внимание, — подал голос Гораций.
— Ага, и холодно стоять, — согласился Элфиас.
Раджан, увы, смог рассказать немногое. На третий день после бала он как раз сидел в библиотеке, Клеменси видел только утром. Из библиотеки он прошел прямо в Большой зал, к ужину.
— А кто из учителей был за столом? — задумчиво спросил Альбус; смутные подозрения одно за другим лезли в голову.
— Профессор Колдфиш, профессор Розье, профессор Фортескью…
— Одни мерзавцы! — воскликнула Викки. Саид строго посмотрел на нее и продолжал:
— Профессор Корнфут, завхоз, ну и сам директор.
— Так вот почему он праздновал не с нами, — раздался упавший голос Финеаса; он вошел в школу вместе с Айлой и Лэмом. — Он сказал, что на работе у него срочные дела… Вот какие это были дела.
На него страшно было смотреть. Казалось, ему не хватало воздуха — он побледнел до сизых губ, едва дышал и беспомощно цеплялся слабой рукой за стену. Голос сухо прерывался, будто он хотел зарыдать и не мог. Айла молча вела его вперед, Лэм гладил по плечу.
— Клемми найдется. Мы будем ее искать, мы ей поможем. Правда? — он поднял косящие черные глаза на Альбуса. Тот кивнул, лихорадочно соображая. «Что же с ней могло случиться? Надо, чтобы Айла и Викки расспросили девчонок. Кто-то же оставался из их соседок по спальне? Допустим, убить ее не могли, это точно, — Альбус вздрогнул от пробежавшего по коже холодка. — Не за что. Танец на балу — все же пустяк, а Блэка не назовешь сумасшедшим. Значит, ее могли выгнать из школы. Точно! Пусть проверят вещи. Но если ее выгнали, почему она не писала нам? Или все же оставила записку? Тоже надо обыскать спальню, хотя записку могли и уничтожить. А Блэк подгадал: в школе не было никого, кто мог бы за Клемми заступиться. Корнфут не в счет. Его стоит расспросить, но вряд ли он что-то помнит». Его размышления прервал громкий стон. Финеас все же не вытерпел: съехав на пол, он обхватил руками колени и закачался. Айла тщетно пыталась поднять его.
— Если с ней что-то случилось… Если… — он захлебнулся в слезах. — Это будет моя вина! Я убийца!
— Но она ведь жива, — серьезно сказал Лэм, однако Блэк его не слушал. На них уже оборачивались, так что пришлось Викки, Горацию и Элфиасу встать стеной, ограждая сына директора от любопытных глаз. Впрочем, Арктурус Блэк и Элфрид Гринграсс задержались, чтобы скорчить презрительные мины.
— Я убийца… — глухо стонал Финеас. — Убийца…
Вдруг он поднял обезумевшие глаза и ткнул в Альбуса пальцем.
— Вы мне посоветовали действовать! Все вы, вы виноваты, вы!
Альбус, едва не зарычав, сжал виски, и в этот момент стоны вдруг прекратились. Айла влепила кузену пощечину, а Камилла, до того не замеченная Альбусом в толпе, живо наложила на Блэка Силенцио и подала ему стакан воды.
— Я присмотрю за ним, — кивнула она Альбусу. — Решайте свои проблемы.
Поцеловав ее в висок, мальчик знаком велел друзьям следовать за ним.
В пустом классе все расстелись вокруг одной парты, придвинув стулья. Альбус изложил все, о чем успел подумать, удивившись про себя, как этого мало и как все бессвязно. Гораций вздохнул:
— А теперь еще кое-что. Ты не учел одного момента: Клеменси может написать нам, только оставаясь в волшебном мире. В маггловском она с нами не связана. Потом, были ли у нее деньги? Достаточно ли? Знает ли она Лондон? А хотя и это не главное…
— Что же главное? — спросил Альбус в нетерпении. Гораций потер лоб.
— Чего хотел добиться Блэк? Думаю, того, чтобы Клеменси исчезла из жизни его сына и больше никогда не появлялась. Но он не такой человек, чтобы идти на убийство. Да и повода особенного нет. А значит, проще всего избавиться от магглорожденной, выкинув из магического мира. Возможно — лишив палочки: иначе, думаю, она нашла бы способ зарабатывать на жизнь и сумела бы с нами связаться. Да и вообще, без палочки в нашем мире человек беспомощен.
— Ее лишили палочки — и что дальше? — почти беззвучно спросила Айла.
— А дальше… Смотря по тому, где ее оставили. Блэк мстителен, вряд ли он по-хорошему отправил Клеменси домой. Либо ее выбросили на какую-нибудь пустошь… Хорошо, если она смогла добраться до деревни или хоть до сторожки лесника. Либо ее оставили в Лондоне — для человека, который не знает его, это равнозначно пустоши. Она, конечно, заблудилась… А дальше либо замерзла насмерть в первую же ночь…
Айла вздрогнула, лицо Лэмми вытянулось, в глазах Викки и Элфиаса сверкнула ненависть, а Альбус почувствовал, как у него защипало в носу.
