— Угу, — (чавк-чавк), — серебро вообще отличный материал против энергетических форм жизни. Вы никогда не задумывались, почему во всех легендах против нечисти и призраков применяли серебро?
— Молекулярные и энергопроводящие свойства металла. Древние — всего лишь разумные поля энергии, а серебро их рвёт, — сообщаю, потому что как раз на этом месте моя голова поднимается выше пола второго этажа, и я действительно вижу здоровенный холл, с таким же тёмным, как лестница, полом, с таким же молочно-белым ковром и неожиданно ярким салатовым гарнитуром мягкой мебели. На кресле, закинув ноги на край низкого столика с чашками и какой-то пищей, почти спиной ко мне, сидит знакомый Котелок и режет звуковой отвёрткой вертикальные щели по высокой металлической ёмкости для напитков. Вокруг россыпью валяется всякий хлам, от проводков и винтиков до ниток и салфеток.
— В точку, анимешная девочка, — из-под рыжих лохм сквозит почти отвёрнутая от меня ухмылка во весь рот. Такая знакомая. Такая ненавистная. Такая греющая сердце. Костлявая конопатая рука — обалдеть, у него и на руках пигментация, настолько он рыжий в этой регенерации! — берёт со стола блюдечко с чем-то аморфно-зелёным и плюхает внутрь повреждённого сосуда, после чего ловко втыкает туда же полусобранную из полного барахла хренотень, назначение которой даже я, далек, не могу навскидку определить. Понятно, кто-то опять мастерит на коленке Неведому-Фигню-Для-Спасения-Вселенной.
— Эй, это телиповое желе, — возмущается блондоска, хмуря золотистые брови на то, как через проплавленные в серебре дырки протягиваются изнутри наружу разноцветные проводки. — Я его, между прочим, полдня готовила!
— Ага. Это ты удачно его приготовила, — вторая порция зелёной студенистой гадости шлёпается сверху, прихлопнув электронную схему. Желе, желе… Изоляция от металла параллельно с фиксацией? Причём, если я правильно определяю пропорции, устройство равноудалено от всех стенок. Гм…
— А это была порция для моего брата! Я перестану с тобой путешествовать, если ты будешь так относиться к моему труду!
— Не перестанешь, — Доктор очаровательно улыбается компаньонке под тихое посмеивание Жозефа, крутящего в пальцах очередную сигарету, правда, незажжёную. — Сама говорила, что без меня благородная девица звереет со скуки.
Так, я сюда не их препирательства пришла выслушивать. Прохожу к столику так, чтобы оказаться напротив Хищника, и падаю на небольшой диванчик, нога на ногу, рука на подлокотник. Со взглядом ничего сейчас поделать не могу, наверное, смотрю на своего старого врага-союзника, как сквозь прицел фоторецептора.
— Доктор. Мне нужна информация о Шакри. Вся, без купюр и утаивания.
— Угу, а кому она не нужна? — мурлычет этот гад, припаивая проводки по всему корпусу в каком-то ведомом ему одному порядке и закидывая в рот коричневый кругляш с большой тарелки. Какой-то сорт печенья, не иначе. — Пряничка хочешь?
Борюсь с желанием отшвырнуть стол, чтобы обратить на себя чуть больше внимания. Хочет получить моё «пожалуйста»? Пусть сперва заработает.
— Сыта.
Похоже, что-то в моём голосе всё же побуждает Доктора оторвать глаза от проводков и посмотреть на меня. На физиономии всё та же улыбка, за щекой печенька — наверное, как раз пряник, — но в глазах ни тени смеха. Абсолютно серьёзные и пытливые, вроде бы не прожигающие, но пробирающие, как мороз. Но я привычная к этому взгляду. Я и не такое в его глазах видела, я даже почти неуправляемую ненависть к себе видела, и ничего, пережила.
— Ты конкретна, как шпала, — приласкал, варги-палки. — Что-то изменилось за то время, пока мы не виделись?
— Да, — говорю. Любопытненько, что он подразумевает под этой фразой? Аж не по себе… Стоп. Не думать об этом. Отменить перебор всех вариантов и отслеживание возможных подтекстов. Я уже выбрала стиль тарана и не стану останавливаться.
— Ты с кем-то столкнулась или что-то узнала? — он прищуривается, словно пытается высмотреть на моём лице возможный ответ. Надеюсь, сейчас оно достаточно холодно и непроницаемо, чтобы у Хищника это не получилось.
— Это не важно.
— В прошлый раз тебя вполне удовлетворили мои объяснения.
— В прошлый раз у меня было меньше данных. Хорошо, пойдём другим путём. Кто такие хроноворы?
Хищника ощутимо передёргивает.
— Знал я одного. Больше не хочу.
— Это не ответ.
— Ты допрашивать меня, что ли, пришла? — он усмехается с еле заметной ехидцей и снова утыкается в свою конструкцию. Черенком вилки. — Так дело не пойдёт, попробуй ещё раз.
Пристрелить. Но не сейчас, а когда-нибудь потом. Быстро обвожу взглядом холл-гостиную и вижу выход на крытую террасу-балкон. Согласно вычисленной планировке здания, именно там стоит ТАРДИС.
— Если ещё раз, то выйдем на балкон, поговорим с глазу на глаз.
Он снова пристально глядит на меня, кивает, ставит свою конструкцию на стол и встаёт:
— Извините, ребят, кажется, посол на нас сильно за что-то обижена. Я постараюсь всё урегулировать.
Миротворец хренов… Пкхе. Нет, лучше в свете происходящего его так не называть. Тоже поднимаюсь и иду следом за Хищником на балкон.
