Сиделка отпрянула, застыла. За ней вынырнула тень и обхватила перекошенное лицо служанки Астрологов. Из горла пробирается визг, кожа трескается, из трещин сочится сок. Нет, не сок — нити, кровавая гифа. Они извиваются подобно червям. Нарушая все мыслимые законы нашего мира, падают вверх. Происходящее очаровало меня. В это же мгновение старался найти причину отсутствия страха, но ничего. Даже волосы на затылке остаются неподвижными — не принимают вертикальное положение. Древние механизмы молчат, пока нити растягиваются и впиваются в стены. Следуя за невидимой иглой, прошивают их как какую-нибудь ткань, с которой работает портной.
Тело сваливается на пол пыльной комнаты. Частички разлетаются, зависают в воздухе. Настоящая пыльная мгла.
На мальчишку голодным зверем набросился кашель, сжимал горло невидимыми лапами, выдавливал хрипы. Клубы непроглядного дыма подлетели к нему. Приступ, обещавший быть долгим, довольно быстро прекратился. Тень показала себя. Мой Проводник с Пепельных болот, это был он. Положив чудовищную ладонь на макушку мальчишки, успокаивал, поддерживал его. Набав Днах был со мной всегда. Тот министерец в лесу — теперь я понял, что отражалось в его глазах.
Сквозь стены проник шепот, заставлял пылинки вибрировать. Стрелами заплавали разводы, вырисовывали необычный узор.
— Мало времени. Приближается… уже здесь! — прощёлкал Набав Днах. — Страницы укрепят, помогут, — вырывая листы из книги, в спешке лепил их на перегородку. Судорожно водил конечностями, разглаживал, чтобы остановить звуки, пробиравшиеся между вишнёвых жил. Вдавливая бумагу, оборачивается и смотрит прямо на меня.
Я снова оказался там. Только уже сижу на тропе в центре серой метели. Огненные сказители рассказывают мне истории. Повествуют на своём языке как живые люди из плоти. Слова пламени были и будут доступны не каждому. По крайней мере, моя уверенность в этом обрела такую твердость, которой позавидовала бы самая крепкая горная порода. Образы опечатывали сознания, клеймили его. Ряд послеобразов превращался в бурную реку, что уносит к ставшей сном правде. Но…
Меня вырвало из объятий невообразимых видений, когда колесо экипажа на мгновение провалилось в ямку. Сразу понял: мы снова в пути. По ощущениям, время утратило свою плотность, текло иначе и незаметным дымом просачивалось между перстами, сжатыми в кулак. Посмотрел в окно и убедился, что мной была упущена большая часть событий, происходивших на дороге нашего возвращения.
Мы уже проезжали мимо небольшой рощицы рядом с деревней Недо. Это поселение находилось относительно недалеко от Оренктона, и жили в нём, в основном, рабочие, которые трудились в шахте у подножья горы Нодэ. Добывали необходимую руду, а может, искали чёрное стекло или же жеоды. Последние крайне ценятся, и считаются почти мифическими из-за своей редкости. Я даже слышал, что такие камня покоятся на дне чумных прудов. А ещё говорят, что жеоды попали на плоско-круглую из самого Озера Мундус. Много чего болтают, но что будет с миром, если верить в каждый слух?
Сквозь ряд древесной процессии с густой кроной, шла бледная, по всей видимости, нагая девушка в круглой шляпке. Она своим видом напомнила белый гриб. Гуляя по вечно жёлтой роще, ласково гладила стволы, и листва постепенно начинала зеленеть. Травинки тянулись к стройным ногам как железная стружка к магниту. Ветви кустарников оживали, их ветви выгибались, закручивались в попытках повторить её облик. И вот оно — почтение. Увидев наблюдателя, приезжающего мимо на карете, приветливо помахала. Ответив тем же, случайно вслух произнёс: — Спригган существует.
— Ой! — вздрогнула Софистия, отвлёкшись от изучения написанных мной записей о безумных ронохах. — Вы пришли в себя? — она почти забыли об аккуратности и позволила спешке взять над собой верх — страницы в качестве конфетти праздника обреченных поисков разлетелись по кабине. В тот же миг внутри черепа распустился необычный и даже немного пугающий цветок, отдалённо похожий на перевёрнутого паука. Лихорадочно перебирая лапками, бутон явил уверенность: младшие Искатели опасались моего падения с обрыва здравомыслия в пучины полного и безвозвратного безумия.
— Как вы себя чувствуете? — взволнованно спросила разноглазая. — Мы дали вам обезболивающую настойку, но этого мало. Скоро вам помогут. Ещё совсем чуть-чуть потерпите.
